Розмісти стрічку з символікою Українськой РСР на своєму сайті!Розмісти стрічку з символікою Українськой РСР на своєму сайті!

Жизнь это борьба, для каждого из нас. Ребёнок сражается за то, чтобы научиться ходить. Немногие дети любят учиться, но это важно для их будущего. Эти битвы, это бремя было с нами с рождения.

Шен Янь. Без мыслей про обретения и потери – свобода от сансары

Мастер Шен Янь

Чаньская традиция: история, теория, практика

Лекция 21 октября 1992 года в Университете Вашингтона.
Пер. с англ. Постоянного Озарения по "Ch'an Newsletter" №103, 09.1994.


Когда мы говорим о развитии чаня в Китае, нужно понимать трудность отделения особых чаньских представлений от вообще буддийских. На самом деле, невозможно достичь высшего в буддизме достижения без некоторого опыта или практики, эквивалентных тем, что представлены в чаньской традиции.

Буддизм делает упор на распознание и достижение мудрости. Без реальности этого достижения буддизм бы ничего не значил. Но зачем мы развиваем мудрость? Чтобы разрешить внутренние борения и страдания, и справляться с попадающимися нам проблемами. Поэтому цель буддизма – достичь мудрости, руководствуясь буддийскими представлениями и методами практики, подобными тем, что известны в чаньской традиции.

В Китай буддизм впервые принесли примерно во времена Иисуса. В этот ранний период как основной метод практики использовали созерцание дхьяны. Это система, помогающая успокоить ум и прийти к пониманию себя, чтобы проявилась мудрость. В передаче буддизма в Китай этот метод сыграл важную роль, представленный как способ, открывающий путь к мудрости.

Вы могли слышать, что чань-буддизм напоминает религию, но настоящей религией не является. На самом деле, чань – религия. Религии говорят о вере, и практику чань без веры осуществить невозможно. Обсуждение важности веры для чаньской практики смотрите в моей книге «Вера в ум» (Faith in Mind). Однако вера, о которой мы говорим в чаньской традиции, отличается от веры в других религиях, которые упирают на веру во сверхъестественных существ или богов, отличных от самого человека. Чань подчёркивает важность веры в учения Будды. Эти учения показывают, что у всех есть природа будды, и поэтому все могут достичь буддовости. Каждое человеческое существо, действительно верящее в учения Будды и следующее принципам и методам практики, может стать буддой.

В чаньской традиции есть много историй, как ученики спрашивают своих учителей: «Что Бодхидхарма принёс из Индии в Китай?» У всех мастеров ответы, казалось бы, разные, но их основная суть одна и та же: Бодхидхарма ничего не принёс в Китай, только себя самого. Он пришёл в Китай рассказать людям, что у каждого есть природа будды и каждый может достичь буддовости.

Когда ученик в одной из таких историй спросил, почему, мастер ответил: «Потому, что это уже было в Китае». Ученик продолжал: «Если это уже было в Китае, то зачем ему понадобилось приходить?» Мастер ответил: «Если бы он не пришёл, люди в Китае не знали бы, что природа будды есть в каждом чувствующем существе». Бодхидхарма принёс в Китай только себя, чтобы сообщить известие, что у каждого есть природа будды и каждому следует верить в это. Прежде, чем стать просветлённым, нужно верить, что обладаешь природой будды.

Шестой Патриарх, Хуэйнен, возможно, внёс в развитие чаня наибольший вклад. Его самое важное учение можно подытожить фразой: «Ни пребывания, ни мысли, ни формы». Нужно пережить состояние ума, к которому относятся эти слова, чтобы осознать в себе природу будды. Хотя мы говорим о природе будды, нет ничего конкретного, на что мы могли бы указать как природу будды. В этом суть пустотности – шуньяты. Когда Бодхидхарма пришёл в Китай, он упоминал нечто, называемое Татхагатагарбха, термин, означающий, что у всех есть природа будды.

В Сутре Помоста [Шестого Патриарха] учение «Ни пребывания, ни мысли, ни формы» согласовано с сущностным учением Алмазной Сутры – пустотностью. Мы не должны принимать природу будды за что-то конкретное или неизменное, поскольку иначе чань был бы неотличим от формальной религии, делающей упор на что-то внешнее, монолитное и неизменное. Это неверно.

Ученик Хуэйнена в четвёртом поколении, Мастер Чжаочжоу услышал от своего ученика вопрос: «Если у всех чувствующих существ предполагается природа будды, то как насчёт собак?» Мастер ответил: «Нет». На поверхности кажется, что этот ответ противоречит учению Будды. Но нам надо понимать, что природа будды – не что-то конкретное или неизменное. Такой вид диалога, который кажется парадоксальным, противоречивым или бессмысленным, стал методом практики, под названием гунъань или хуатоу (яп. коан или вато).

В чань-буддизме есть четыре ключевые концепции: вера, понимание, практика и осуществление. Вера относится к области религии, понимание философское, практика – это вера, приложенная к действию, а осуществление – это просветление. Всё это, собранное вместе, создаёт ту дверь, в которую входят, чтобы обрести мудрость. В общем, без веры трудно понимать; без понимания вы не можете практиковать; а без практики невозможно просветление.

В основном, нужна вера, что у всех существ есть природа будды, и понимание, что природа будды – это не что-то неизменное и не какая-то сущность. Когда мы начинаем практику и не приняли по-настоящему существование природы будды, нам нужно поверить в её наличие. Иначе мы не будем восприимчивы к учениям или не сумеем их применить. Но, когда мы приняли существование природы будды, важно не думать о ней как стабильной или конкретной. Если мы цепляемся за представление о природе будды как по сути неизменной, то будем думать, что в нас есть истинное я. Мы будем удерживать это я, истинное оно или ложное. Мы будем ограничены этой идеей себя и привязаны к ней, и никогда не достигнем освобождения. Сначала нужно принять существование природы будды, а потом полностью отбросить его, поскольку нет такой вещи. Таким путём можно по-настоящему испытать движение от существования к несуществованию.

Мы знаем, что чаньская практика включает медитацию, и что это может быть неудобный процесс, особенно из-за физической боли. Вот почему несколько ранних чаньских мастеров не побуждали к сидячей медитации. И в старых рукописях и документах мы не находим свидетельств, что Шестой Патриарх сидел в медитациях, до или после своего просветления.

Первые два поколения мастеров после Шестого Патриарха тоже учили не придавать медитации чрезмерной важности, как видно по знаменитой истории о Мацзу и его учителе Наньюэ. Однажды, когда Мацзу сидел в медитации, Наньюэ использовал очень искусный метод, чтобы указать на её слабое место. Он спросил Мацзу:

– Что ты делаешь?

Мацзу ответил:

– Медитирую.

Наньюэ спросил:

– Зачем?

На это Мацзу ответил:

– Чтобы достичь буддовости.

Наньюэ ничего не сказал, а взял кирпич и стал точить его. Мацзу спросил его:

– Зачем ты это делаешь?

Наньюэ сказал:

– Я делаю зеркало.

Мацзу подумал и спросил:

– Это как же кирпич может стать зеркалом?

Наньюэ ответил:

– Если невозможно отполировать кирпич и превратить в зеркало, то как ты можешь стать буддой путём медитации?

Этот диалог и сейчас остаётся популярным учением, и это одно из моих любимых хуатоу. Итак, нет необходимости медитировать, чтобы достичь буддовости или пробуждения.

Я преподаю медитацию более десятка лет, и встречал немало очень умных людей, которые хотят использовать древний способ практики, как у Шестого Патриарха и Наньюэ. Они не хотят сидеть в медитации, или не хотят, чтобы медитация отнимала слишком много времени или причиняла боль. Этим людям я говорю, что древних чаньских мастеров сейчас нет. Современные чаньские мастера требуют практиковать медитацию.

До Шестого Патриарха – Третий, Четвёртый и Пятый Патриархи все подчёркивали важность практики медитации. Только Шестой Патриарх и его последователи не соглашались с этой идеей. Мы знаем из древних записей, что в монастыре Байчжана, ученика Мацзу, шла постоянная медитация. Можно сказать, что просветление приходит не только из медитации, но медитация, тем не менее, это необходимый шаг к освобождению. Руководствоваться чаньскими представлениями тоже важно, в сочетании с медитативной практикой. Под руководством хорошего учителя, с крепкой практикой и чаньским учением, просветление недалеко.

Только с помощью метода медитации мы можем успокоить ум. Достигнув этого, мы можем ослабить свои субъективные и эгоистичные привычки, что причиняют столько волнений. Когда ум успокоен до тихого или объединённого состояния, тогда можно увидеть, что такое я.

В основном, есть две главные чаньские школы: Линьцзи, где используют методы гунъаня и хуатоу, и Цаодун, использующий метод безмолвного озарения. Применение методов любой из этих школ может привести к просветлению, но, какой бы вы ни применяли, подготовка к ним похожа. Прежде всего, нужна способность расслабить и тело, и ум, а затем привести себя в сосредоточенное, собранное состояние. Только с этой точки возможно использовать методы гунъаня и хуатоу или безмолвного озарения. Процесс медитации долог. Это не то, что можно совершить прочтением нескольких фраз. Это делается во длительной, устойчивой практике.

 

Комментарии   

+1 # RE: Чаньская традиция: история, теория, практикаДмитрий Киселев 17.08.2017 10:59
Шэн Янь, пожалуй, самый интересный шифу! Особенно эта лекция конкретна и кратка,но с глубоким содержанием. Особенно ответ на коан: Зачем Дарума пришёл с запада? Он только подтвердил то, что есть. Знаю точно, что наставник-учитель подбирается индивидуально. Есть мастера, которых читаешь и ощущения "Это я знал ранее,но забыл!" Дежавю. Глянул в зеркало и увидел своё лицо. Другие наставники невнятны, непонятны, перенасыщенны -измами (типа "Концепция"), многое разжёвывают стоя на месте, тавтология.8

Для комментирования зарегистрируйтесь и войдите. In order to post comments, register and login.