После того, как я читал сутры в течение пары недель, он снова начинал ругать меня, говоря, что патриархи считали сутры пригодными только для прочистки ран. Он говорил: «Ты умный. Напиши сочинение». Когда я показывал ему сочинение, он разрывал его на куски со словами: «Все это чужие мысли». Затем он призывал меня использовать свою собственную мудрость и говорить оригинальные вещи.

Шен Янь. Автобиография Мастера Шен Яня

Шен Янь

Как выбрать пробуждённого буддийского учителя

Перевод Постоянного Озарения (оригинал – гл. 54 книги Мастера Шен Яня «Частые вопросы о буддийской практике» 學佛群疑; пер. с англ. по «Choosing an Illuminated Buddhist Teacher» /Chan Magazine, Winter 2018).

illuminated teacher

bright eyes

Искусный учитель должен проявлять верное знание и верные взгляды, чисто соблюдать предписания, обладать способностью вести других и излучать участие. С такими качествами человек может, по крайней мере, учить начинающих. Однако серьёзным практикующим следует найти учителя с «сияющими глазами» – того, кто испытал истинную мудрость. Лишь учителя, пережившие пробуждение, могут различать, испытали ли пустотность другие. Без такого опыта учитель может спутать ясность ума и самадхи с пробуждением.

Шен Янь. Из книги «Дзенская мудрость»

 

Вопрос: Как выбрать пробуждённого буддийского учителя?

Ответ: Как сказал конфуцианский учёный Хань Юй (768–824), «навыки и профессии – это специализированные области». Так что, для входа в область практики, нужно найти хорошего учителя, разбирающегося и умелого во своём деле. Так во всём – в науке, искусстве, ремесле… Это верно и при изучении буддизма. Пробуждённый буддийский учитель может быть не обязательно учеником другого пробуждённого учителя, и воспитать он может не обязательно блестящего ученика. Но, учась у пробуждённого учителя, по крайней мере, ты не будешь уведён на неверный путь и не затвердишь неверные принципы. В самом деле, это будет намного безопаснее, чем в ситуации, когда «слепой ведёт слепого».

Но какой учитель буддизма пробуждён? Новичку бывает трудно понять, будет ли такой-то человек хорошим учителем, особенно в отношении глубины его религиозного опыта и медитативного развития. Такой учитель не обязательно знаменит, но широко признанный учитель будет лучше, надёжнее, чем кто-то самопровозглашённый, с неизвестной репутацией. Когда мы не способны судить, хорош ли учитель, бывает безопаснее следовать за широко известным. А также лучше, если относительно неизвестного учителя рекомендовал знаменитый учитель.

Приемлемо и то, когда достойный доверия учитель знакомит вас с другим. В «Аватамсака сутре» практикующий мирянин Судхана посетил пятьдесят трёх великих духовных наставников, и с каждым новым его знакомил предыдущий. Так эти 53 учителя образовали цепь взаимоотношений, и каждый был просветлённым учителем. Поэтому мы знаем, что Судхана не слепо искал учителей, как больной человек лихорадочно ищет врача.

В течение всей истории встречались люди, провозглашавшие себя великими мастерами традиции. Они говорили чепуху, чтобы ошеломить людей недоумением, переставляли верное и неверное, вводили народ в заблуждение. Без сомнений они набирали учеников и последователей, чтобы преувеличить свою силу. Если человеку не удаётся распознать такую ситуацию, то легко принять знаменитого и ненормального притворщика за просветлённого учителя. Конфуцианский учёный Менцзы говорил: «Великая опасность для людей в том, что они все хотят быть другим учителями». Поскольку ненормальные учителя вводят людей в заблуждение, они создают сумятицу, неуравновешенность, замешательство и беспорядок в нашем обществе. Тот, кто учится их ненормальным путям, мыслям и навыкам – не только не сможет расширить свои горизонты, но и, в конце концов, повредит своим телу и уму и создаст напряжение и конфликты в семье. Жаль, что люди не могут различить истинный характер таких притворщиков, их ложную и недобрую маскировку.

С точки зрения буддизма, стандарты добра и зла, а также честности и обмана, основаны на рассмотрении человеческой само-центрированности. Человек с сильными склонностями жадности и гнева определённо не будет хорошим учителем. Тот, кто кажется добрым, с приятным выражением и высокой моралью, но неуважительный, высокомерный и грубый – тоже явно не хороший учитель.

В восьмом томе «Трактата о великом совершенстве мудрости» Мастера Нагарджуны (кит. «Дачжиду лунь»; санскр. «Маха-праджня-парамита шастра») есть четыре важные идеи – четыре принципа полагания (кит. си-и-фа; санскр. пратисарана), которые мы можем применить к поиску пробуждённого учителя:

Первое: полагаться на Дхарму или Учение, нежели на человека.

Хороший учитель не центрирован на себе и не рассматривает какого-то конкретного человека как авторитет; вместо этого, хороший учитель использует в качестве стандарта общие принципы и критерии буддизма. Этот стандарт учения основан на принципах причины и следствия и причин и условий. Если учитель нарушает эти принципы, то он не считается хорошим учителем. Поскольку причина и следствие ведут нас к ответственности за свои действия, причины и условия учат нас не развивать жадности или гнева ни к каким явлениям. Иначе, даже если ученики видят учителя как мудреца, если он распространяет ложные учения, он не отличается от ненормального учителя.

Второе: полагаться на смысл или дух, нежели на слова.

Истинные законы и принципы можно применять в мире повсюду и в любое время; они не становятся разными в зависимости от расы, местности или культуры. Если учитель заявляет, что частью учения являются религиозные табу или загадочный язык, то его учение не будет считаться истинным законом. Истинные законы подчёркивают соотнесённость и связность, в смысле рассудка и значения; их не ограничивают различия в языке и словах. Например, арабские мусульмане подчёркивают важность арабского языка, а иудеи фокусируются на иврите; это противоречит данному принципу. Буддисты изучают санскрит и пали для исследования сутр, каков их исходный смысл, а не потому, что эти языки священны или имеют некую особую духовную мощь. Но в индуизме придаётся важность санскриту и звучанию слов, самим по себе, и это отличает индуизм от буддизма.

Третье: полагаться на мудрость, нежели на рассудочное мышление

Мудростью в буддизме называется осуществление мудрецами великой мудрости бессамостности и безусловного великого сострадания. Таким образом, пока есть центрированность на «я», будь то своём или других, для всех чувствующих существ, или для поиска непревзойдённой буддовости, и пока есть чувство «я», будь то малое я, великое я, чистое я или высшее я – невозможно будет породить истинную мудрость; понимание человека будет всё ещё относиться к объёму знания, рассудка и сознания. Знание происходит из функций различения, памяти и рассуждения во процессе научения себя. Однако в истинной мудрости есть лишь объективные явления без субъективных отсылок; лишь функционирование, без отсылок к какой-либо вещности или сущности. Если человек не учит в соответствии с этим принципом, то он не хороший учитель.

Четвёртое: полагаться на абсолютное («окончательное») значение, нежели на условное.

Что касается абсолютного смысла, нет Дхармы, которой следовало бы учить; нет Дхармы, чтобы привязываться; нет Дхармы, чтобы изучать; нет Дхармы, чтобы практиковать; нет Дхармы, которой можно достичь. Именно так, как указывают учения «Сутры помоста Шестого патриарха» об отсутствии мысли, отсутствии формы, отсутствии пребывания – нет необходимости ни в каких причинах и нет ничего особенного; просто продолжай есть, носить одежду, жить, приносить пользу себе и другим, старательно практикуя, без небрежности.

Согласно этим четырём принципам, вы должны смочь без труда отличить, кто хороший учитель, а кто нет. Далее, пока вы следуете этим четырём принципам, изучая и посещая учителей, которым хотите следовать, больших ошибок не возникнет. Со временем, даже если вы не можете найти пробуждённого учителя, возможно, вы станете им сами.

 illuminated 2

Для комментирования зарегистрируйтесь и войдите. In order to post comments, register and login.