Я искал, прежде всего в сутрах, способы практики, методы для развития дхьяны (глубокого сосредоточения). Ученик с некоторым опытом, как правило, может добиться успеха при помощи этих методов. Хотя тексты не всегда ясны, настойчивость и упорная работа, рано или поздно, приводят к успеху — и метод становится понятен.

Шен Янь. Автобиография Мастера Шен Яня

Постоянное Озарение

По России на восток

Hitch

Причины и следствия

– В буддизме есть понятие судьбы или предопределённости? – спросил Виктор.

Наша встреча подходила к концу: скоро он свернёт в свой город, а я буду дальше ловить попутки на трассе. Виктор – семьянин, менеджер, среднего возраста, понимающий, что счастье не в погоне за деньгами; что радость от покупки новой машины с каждым разом длится всё меньше… За час общения он расспросил меня обо многом: о счастье и спокойствии, о смысле веры, о способах духовной практики среди мирских дел, об отходе от эгоистичных привычек… Я ответил:

– Есть понятие о причинах и условиях. Разные причины сходятся, и рождается что-то новое.

– Значит, наш разговор получился потому, что я всем этим интересовался, – заключил Виктор. – Иначе мы бы ехали молча, или поговорили о чём-то мирском, поверхностном…

Я кивнул. Моя причина путешествия по России дополняла интерес Виктора. Я ехал делиться с людьми знаниями, как открывать мудрость и счастье в повседневной жизни.

Когда-то Бодхидхарма отправился на восток, из Индии в Китай, с той же целью. Люди в Китае уже были знакомы с буддизмом, но обычно их понимание и практика были поверхностны. Как, по преданию, сказал император Лян У Ди:

– Я построил много храмов, издал много писаний, и на мои пожертвования живёт множество монахов. Как много я создал благой кармы?

– Нисколько, – ответил Бодхидхарма*.

* Один из вариантов этой истории звучит так:

Беседа Бодхидхармы с императором Ляном

Первого октября 527 года, по приглашению императора Ляна У Ди, Бодхидхарма прибыл в его столицу, Наньцзин. Императору очень нравился буддизм. Он ел вегетарианскую еду, часто носил буддийские одежды и декламировал буддийские молитвы. Однако он гордился своей великой поддержкой буддизма.

Гордый своими знаниями и вкладом в жизнь Сангхи, он спросил мудреца:

– С восшествия на престол я построил много храмов, издал много писаний, и на мои пожертвования живёт множество монахов. Сколько в этом силы благой кармы?

Ответ Бодхидхармы был поразителен:

– Нисколько!

Император часто слышал от знаменитых мастеров: «Делай добро, и получишь добро; делай зло, и получишь зло. Закон причин и следствий неизменен: следствие сопровождает причину, как тень сопровождает человека». Но теперь этот мудрец сказал, что никакой доброй кармы не заработано. Император впал в недоумение.

Он не мог понять, что человек не практикует Буддадхарму по-настоящему, если творит добро с желанием получить благую карму для себя. Это будет скорее удовлетворением собственного «я», или стремлением к собственному благополучию, или даже действием ради признания и любви людей.

Тогда император спросил:

– В чём же суть буддизма?

Бодхидхарма немедленно ответил:

– Огромная пустотность и никакой сути!

Это ошеломило императора, потому что он не мог понять глубокого смысла «никакой сути» в учениях Будды. Другие учителя очень старались объяснить: суть в таких учениях как Четыре благородные истины, Закон причины и следствия, Идеалы бодхисатвы и т.д., но этот человек только что объявил, что никакой сути нет?

Император задал последний вопрос:

– Если ты говоришь, что в буддизме ни у чего нет никакой сути, то кто это говорит, стоя передо мной?

– Не знаю, – сказал Бодхидхарма.

Озадаченный император не мог этого понять.

17-го октября он отослал мудреца прочь. Так Китай познакомился со вкусом дзена. Позже император обсудил этот случай со своим наставником, Учителем Дхармы Чжи. Тот спросил:

– Знаете, ваше величество, кто этот человек? Это Махасаттва Авалокитешвара, распространяющий Печать ума Будды.

Это наполнило императора сожалением, что он отослал Бодхидхарму. Годы спустя, услышав о смерти мудреца, он написал:

Увы! Я видел его, не видя;
Познакомился, не познакомившись;
Встречал его, не встретив;
Как жаль!

С другой стороны, Бодхидхарма передал своё учение Хуэйкэ, а за ним последовали такие учителя как Даосинь, Хунжень, Хуэйнен… Хуэйнен, неграмотный дровосек, в итоге, обеспечил процветание дзена в Китае.

Пер. и ред. Постоянного Озарения по Ngawang Geleg's Bodhidharma biography

Говорят, что, пройдя по Китаю, Бодхидхарма не находил у местных жителей понимания. Поэтому он на годы ушёл практиковать в пещере (пока не появился Хуэйкэ).

Сейчас ситуация в России и во всём мире похожая: многие что-то знают об Учении Будды, некоторые практикуют, но, как правило, формально – не ухватывая настоящей сути.

Например, большинство «дзенских учителей» понимает «просветление» как Единство Вселенной; тогда как настоящая пробуждённость – за пределами иллюзорного (в том числе, за пределами иллюзорного Единства).

Если даже большинство учителей заблуждается о сути, что говорить о простых практикующих?

Один мой «ученик по переписке» любил задавать массу вопросов по практике, узнавать интересные идеи; но не торопился воплощать эти идеи в жизни. Он считал, что совершает подвиг уже тем, что сидит в медитации полчаса каждый день. Но, несмотря на то, что я объяснил ему самые лучшие методы, через полгода его практика забуксовала.

Я говорил ему: выноси практику в остальные двадцать три с половиной часа. Ты же хочешь изменить всю свою жизнь; как же она преобразится, если не заниматься этим?

Поэтому надо расширять практику на всё, что ты делаешь: работу, общение, быт… Сидячая медитация – это только инструмент, как отвес у строителя. Чтобы построить дом, недостаточно смотреть на отвес; надо ещё и класть кирпичи.

В конце концов, я решил приехать в его город, чтобы показать живьём, как практикуют постоянно, дать почувствовать это. Но, когда я попросил парня заранее поискать, где можно будет устроить учения и практику для всех желающих, он воспринял это, как будто я прошу поработать на меня. Парень заявил, что я тоже скучный и требовательный, как и его предыдущие учителя (от которых он ушёл раньше). И я тоже не гожусь ему в учителя.

Однако проблема таких практикующих не в том, что нет хороших учителей. Просто, если ты ограничиваешь свою практику небольшой областью – создаёшь как бы нишу, где можно расслабляться и прятаться от остальной жизни – это не настоящий путь ко пробуждению. Раньше или позже, прятки в нише перестанут работать.

Многие начинают практику, а со временем забрасывают её – именно потому, что жизнь в целом не меняется.

Эта ошибка может начаться с самых первых минут, когда новичок решил что-то попробовать. Представьте, что вы отложили в сторону остальную жизнь и выделили время на какую-то практику: медитацию, песнопения и т.д.

Попробовав разок, вы думаете: «О, это же надо будет делать каждый день!» Возможно, вы уже чувствуете некую принуждённость, неохоту этим заниматься.

Всё потому, что «практика» стала чем-то отдельным от собственного сердца и собственной жизни.

Появилась некая отдельная ниша.

На самом деле, правильное отношение – это проживание каждого мгновения практики как осуществление самого важного для тебя в этот миг.

Ты проживаешь это всем сердцем, всей цельностью мира. Какая тут может быть принуждённость?

Наоборот, это непринуждённость – откладывание в сторону всех принуждённостей и забот.

Зачем ты практикуешь? Чтобы стать крутым, заработать славу мудреца и любовь людей, получить побольше благой кармы?

Или это просто так выражается глубинное желание и цельность сердца: проживать сейчас именно это – самое главное?

Практика и не-практика

Итак, результат практики зависит от того, как ты к ней подходишь с самого начала. Или это отгороженная область, одно из занятий «меня» – провоцирующее принуждённость и эгоистичные цели. Или это просто жизнь вселенной, воплощение главного здесь в этот миг.

Учителя махаянского буддизма часто говорят о необходимости основывать нашу практику на бодхичитте. Без настоящего понимания, это воспринимается как некие проповеди о морали: детишки, будьте хорошими, послушными и т.п.

Или человек вообще не знает, что такое бодхичитта и зачем она нужна. Между тем, от этого знания зависит, процветает ли наша практика и как меняется мир вокруг нас.

Бодхичитта – бодхи (пробуждённый) читта (ум). Иными словами, это чистый, естественный ум, не затемнённый фальшивыми стенами, не загрязнённый ядами; это ум будд и бодхисатв.

Говорят, что у бодхичитты две стороны:

  • Праджня – мудрость видения всего, как оно есть; она также называется мудростью пустотности, потому что проникает сквозь все иллюзии и препятствия, как пустые.
  • Каруна – обычно переводится на русский как «сострадание», хотя я бы перевёл скорее как «участие». Каруна не значит страдать с другими; страдания – это накручивания лишнего. Каруна значит не делить благополучие на своё и чужое. Не делить существ на друзей и врагов, а заботиться обо всех.

У кого-то в данное время может быть больше видения, но недостаток участия; а у кого-то много участия, но недостаток ясного видения. В полном развитии, однако, праджня и каруна едины. Ясно всё видится, существа не разгораживаются друг от друга, потребность естественно вызывает ответ действием.

Известный пример: когда в ногу попала колючка, рука её вытаскивает.

У руки не возникает мыслей, что она принесла пользу ноге. Рука не гордится своими достижениями по вытаскиванию колючек.

У руки и у ноги нет «я». Просто из сочетания причин (нога и колючка в ней) возникает естественное действие (рука вытаскивает).

Вот взгляд бодхичитты: явления взаимодействуют и перетекают друг в друга; явления естественно «заботятся о себе». Поэтому говорят, что в высшем даянии нет дающего, нет принимающего, нет даваемого. «Сутра о даянии» (Дана сутта) говорит, что высшее даяние – это не что-то, сделанное ради чего-то, а просто украшение ума.

Если мы смотрим на жизнь с позиции бодхичитты, то нет практики и не-практики. Нет принуждённости, кроме той, которую мы навешиваем на себя сами.

Поэтому «помощь другим» – это не напряги и утруждения, и это не заслуги и достижения.

Это лишь естественное перетекание явлений.

По следам Бодхидхармы

Ориентируясь на такое видение, мы делаем всю жизнь цельной; делаем её непринуждённой и мощной практикой, освобождающей всё больше и больше.

Когда ноге больно от колючек, рука естественно их вытаскивает. Весь человеческий мир сейчас в состоянии самопожирания. Всё меньше остаётся животных и растений, чистой воды, полезных ископаемых. От болезней, вызванных загрязнённой атмосферой, умирает больше людей, чем от всех войн, автомобильных и прочих катастроф, вместе взятых.

У капиталистической экономики есть лишь одна колея: использование ресурсов всё больше и больше; движение в обратную сторону не предусмотрено конструкцией. А эксперименты с социалистической экономикой пока не изменили этой картины, поскольку основная культура людей остаётся эгоистичной.

С одной стороны, наш мир управляется системой на основе денег, и это тянет к дальнейшему разрушению жизни. С другой стороны, люди отчасти способны осознавать это; местами власть денежной системы уступает власти разума. Получается такая «динамика колючек»: ноги идут туда, где колючек всё больше, но руки всё же вынимают некоторые колючки.

Поэтому естественно, что люди, видящие ситуацию, стараются распространить культуру счастья и мудрости – культуру бодхичитты. Может быть, если значительное число людей овладеет этой культурой, то мы сможем изменить основу нашей общественной жизни, сможем жить мудрее – без противопоставления другим и окружающей среде.

Для этого я решил действовать по двум направлениям: во-первых, создать теоретическую базу – в том числе, на русском языке. Для дзенской практики такая база более-менее создана – это сайт Русское Дзендо.

Дальше в моих планах – сделать ещё один сайт, для широкой публики, без религиозной направленности; и написать ясные, дельные книги. Очень нужны помощники – программировать сайт, обсуждать содержание книг (что непонятно, какие есть вопросы...).

Второе направление – непосредственно помогать практикующим; создавать очные группы для практики. Тут тоже нужны единомышленники – смотрящие на задачу с позиции бодхичитты. А иначе, группы организовать можно, и таких групп не так уж мало, но они почти не развиваются. Слабо растёт число участников, они мало влияют на окружающий мир, и многие участники со временем отходят от практики, не находя в ней реального преображения своей повседневной жизни.

Поэтому в 2018 году я решил проехать по России – знакомясь с людьми; давая более глубокое учение; помогая почувствовать и перенять отношение бодхичитты, единство практики и жизни в каждую минуту.

Сначала я хотел распланировать как можно больше, договориться заранее об организации лекций и практик в разных городах. Но оказалось, что знакомства через интернет обычно не хватает для того, чтобы побудить людей помочь в организации.

Например, в одном городе парень, занимающийся боевыми искусствами, говорил, что встретиться со мной будет «очень интересно» и «желательно»; что я учу «Супер!!! Благодарю! Очень доходчиво!!!», «Повторю комплимент :) Просто и очень доходчиво!!! Классно!», «Ещё раз Благодарю за советы!», «Благодарю! Как всегда, интересно, доходчиво и познавательно», «очень понятно», «опять же Благодарю», «Да, это понимаю :)», «Спасибо. Да, именно так и было», «Благодарю, ответ более чем исчерпывающий»… Казалось бы, у парня достаточно доверия и вдохновения; мы почти договорились собрать на пробу небольшую группу людей в его городе и провести пару дней занятий в выходные и т.п. Но, когда дошло до конкретных дел – назначить время, собрать людей – вдруг этот парень исчез с горизонта…

Пришлось разыскивать его через общих знакомых… Оказалось, что он «закопался в работе и всяких домашних, бытовых вопросах».

По-моему, дело опять было в непонимании, что и зачем мы практикуем.

Неужели суета по работе и домашним делам важнее, чем открытие счастья и мудрости и преображение всей жизни?

Многие знакомятся со дзеном при занятиях боевыми искусствами, но это знакомство оказывается однобоким; как сказал тот китайский император: «Познакомился, не познакомившись».

Один из подвозивших меня по трассе парней сказал, что тренер учил их такому «дзену»: «Медитация – это полное прекращение мыслей». Применительно к боевому искусству это отчасти верно: нужно отключить обычный круговорот комментирования; и всё же это лишь один из аспектов медитации, из массы разных способов медитации (благотворного сосредоточения).

Медитация может охватывать всю жизнь: сидение, ходьба, еда, общение, работа – всё можно превратить во практику, ведущую к полному пробуждению.

А тот парень, что хотел организовать наши занятия, но закопался в делах, предлагал мне посвятить занятия применению дзена в боевых искусствах. Это, по-моему, как применение ключа, сидя в тюремной камере, для черчения на стенах. Этим ключом можно открыть дверь и выйти наружу! И там, снаружи, будет сколько угодно всего, чем и на чём рисовать.

Более того, взгляд бодхичитты показывает: выходя из тюрьмы сами, мы выводим из неё и весь мир. Это не всегда понятно с обыденной точки зрения. Как сказал Виктор:

– Это очень здорово: развить благую энергию и тут же подарить её всем. Мне эта идея очень нравится. Но ведь реально окружающие от этого не изменятся?

Я посоветовал проверить, так ли это. Подумать: может ли быть по-другому? Понаблюдать…

В качестве подсказки, я напел: «От улыбки станет всем теплей…»

Я имел в виду, что, на самом деле, мы не так уж отграничены от других. Когда ты рядом с добрым, светлым, «святым» человеком – разве не хочется тоже проявлять свои лучшие черты, со светом и добротой?

Поэтому, становясь светлее сами, мы делаем жизнь и вокруг нас тоже светлее. Поначалу это может быть малозаметно, и не всегда это работает прямо, на 100%. Но потихоньку мир действительно меняется.

– Как давно ты практикуешь? – спросил Виктор.

– Двадцать пять лет, – ответил я, имея в виду формальную дзенскую практику.

– Ого!..

– Но, допустим, ты проживёшь дальнейшие двадцать пять лет…

– Допустим… есть такой шанс…

– Тогда, раз уж ты проживёшь эти годы, то в любом случае, почему бы в это время и не заниматься практикой?

Иными словами – чего бы ни достиг, как бы ни изменил мир, почему бы не уделить внимание вытаскиванию колючек из ног? Разве лучше продолжать ходить с колючками?

Поэтому, в конечном счёте, я решил не привязываться ко всяким планам, к обустройству своей поездки. Решил просто ехать, просто с кем-то встречаться и общаться.

Никуда не торопясь, без расписаний, через личное очное общение будет проще передать то, что эти руки могут передать.

Так я вышел на трассу.

В молодости я уже путешествовал автостопом, и обнаружил, что это прекрасная духовная практика. Она помогает развивать гармонию с окружающим миром. Помню, например, как я хотел поесть и отдохнуть, но в то же время боялся отойти от шоссе и упустить именно того водителя, который готов меня подвезти. Так я голосовал у дороги, разрываемый на две стороны: одна хотела ехать, другая отойти в сторонку и позаботиться о теле. И мне показалось, что у человека в таком раздвоенном состоянии меньше шансов поймать попутку. Ведь водители тебя видят и понимают, хотя бы интуитивно, твоё состояние. Потом, когда меня всё-таки подвозили уставшим, с болезненной спиной, это было мучением и для меня, и в какой-то мере для водителя. Мне было неудобно сидеть, хотелось лечь. В юности у меня была небольшая травма позвоночника, а рюкзак с палаткой, ковриком, запасной тёплой одеждой и так далее – был килограммов до 15 весом. И в путешествии негде было его оставить, приходилось почти всё время таскать этот вес на спине.

Таким образом, я пришёл к выводу, что для путешествия автостопом важно сохранять удобство телесное и психическое; во-время отдыхать; оставаться расслабленным и отпускать нетерпение. Чтобы общение с разными людьми – водителями и другими – шло гармонично, нужно быть открытым и чутким. Чтобы меньше кусали комары, нужно тихое, мягкое дыхание и гармоничное течение энергий по телу.

Наконец, путешествие – хороший способ отойти от привычного времяпровождения, проверить свои способности «в поле», облегчить изменения, назревшие во своей жизни. Зависимость от других людей – подвезут ли, пустят ли на ночлег и так далее – помогает отслеживать и убирать свои привычки отгораживания и замыкания в себе. Помогает вернуться на волну естественности в общении, раскрыть бодхичитту в реальности.

Поэтому и сейчас я выбрал способом путешествия не поезда и автобусы, а именно автостоп. Но в юности у меня бывали мысли о том, как лучше «зацепить» проезжающих водителей: как лучше держать взгляд, махать рукой, какие лучше поза и выражение лица… Теперь же я просто стоял на трассе и держал большой палец вверх. Стараясь оставаться в состоянии пробуждённости, безмолвного озарения – без «надо» и «не надо», без стремлений и ожиданий. Пройдёт сколько-то часов или минут, проедет мимо сколько-то машин, и рано или поздно рядом окажется человек, у которого созрели причины пообщаться со мной или просто подвезти меня.

Так можно видеть практику автостопа с бодхичиттой: никуда не спешить, не напрягаться, а просто создать причины со своей стороны, для того, чтобы интересующиеся люди получали нужное им, что это тело может дать.

Хитрости вольного путешествия

Такой подход полностью оправдался. Поездка была наполнена интересными встречами, интересным общением, случаями, которые и мне давали поучительные уроки.

В юности я встретил на станции Жмеринка двоих парней с маленькими сумочками, в белых рубашечках, чистеньких, которые, по их словам, с этими сумочками проехали от самого Владивостока, на электричках и т.п. Они сказали, что палатки и большие рюкзаки им не нужны: они просто знакомятся с местными людьми, и те пускают их на ночлег.

Теперь я решил последовать их примеру. Не взял большого рюкзака, палатки, коврика, тёплой одежды, котелка и т.д. Всего по паре смен трусов, футболок, носков; рубашку с длинным рукавом и «буддийскую одежду типа кимоно». Немножко еды и воды; тетрадь, ручку и записнушку; летний тоненький спальник. В сумме рюкзак получился не 15 кг, а всего около пяти.

Могу сказать, что в итоге спина действительно не беспокоила. Хотя я таскался с рюкзаком постоянно, наматывая в сутки километров по 30-60, болели только ноги. Отчасти мозоли, натёртые ботинками, но и вообще стопы, голеностопные суставы, в меньшей степени голени и колени, ещё меньше – ягодицы и поясница.

Чего я не учёл – это то, что те парни из Владивостока путешествовали поездами и, следовательно, могли планировать, когда где окажутся. При автостопе ситуация другая: очередной водитель высаживает тебя у какого-то поворота поздно вечером; дать ночлег тебе он не может. Так я оказался у некоего селения, с названием, похожим на Комарцы, около одиннадцати вечера. Тело устало, и надо было искать ночлег, однако дома стояли тёмные, и я не решился будить обитателей. Отойдя в рощицу, где можно было лечь в спальнике, я обнаружил там большие лужи, трели лягушек и облака комаров. В юности, занимаясь внутренней энергетикой, я попадал в состояния, когда комары не кусались; однако с тех пор я пропустил через тело массу дурных кармических воздействий, и на данный момент мои отношения с комарами не такие идиллические. Короче, я пошёл из рощицы на поле, подальше от болот и поближе к ветру. Это помогло, но не настолько, чтобы уснуть (вместо туч летающих хищников нападали эскадрильи). Когда я закукливался в спальнике, перекрывая отверстие рубашкой, мне начинало не хватать воздуха для дыхания; а когда приоткрывал щёлку для носа, проникали комары. Уснуть не получилось, хотя ноги немного отдохнули.

Поэтому я пошёл обратно к цивилизации и провёл остаток ночи, то голосуя на трассе, то заходя во круглосуточную забегаловку погреться. Кажется, такие забегаловки и магазинчики на автозаправках – самые реальные места для ночлега. Только желательно иметь беруши, заглушить музыку и посетителей – или не отвлекаться на звуки. Я сейчас привык к другому способу сна: спать, чутко раскрывшись на всё пространство. У этого способа есть свои преимущества – например, мне снятся вещие сны, я путешествую в сновидениях, общаюсь и т.д., но для этого желательно сравнительно тихое место, или даже «место силы» (как, например, моя комната дома).

Ночью – у забегаловки и внутри неё – продолжались интересные и поучительные встречи, и, может быть, когда-нибудь я напишу об этом подробнее.

Но, говоря кратко, отдыхать как следует мне в поездке не удалось. Я заранее знал, что так может случиться, и что палатка – вещь нужная. Но мой позвоночник мне ещё нужнее; вдобавок, я вдохновлялся историями о бродячих буддийских монахах – от древних времён до XX века, когда Сюй Юнь прошёл тысячи километров, делая простирания. Насколько я знаю, палатки у него не было. Но то ли у этих монахов была особо толстая азиатская кожа, то ли они выбирали для странствий менее комариные места, то ли были привычнее к этим кровососам – не знаю, может, у них были ещё какие-то секреты, но повторить подвиг Сюй Юня в средней полосе России у меня пока не получается.

Я надеялся как следует отдыхать в городах; ведь, когда спешить некуда, можно отсыпаться и день, и даже два-три дня, если понадобится. Однако тут сработала моя дурная карма из прошлых жизней. В тех жизнях я часто отгораживался от потребностей и нужд людей. Я мог дать человеку что-то, на самом деле, не годное, даже когда мне было бы не так трудно дать годное.

Поэтому в этой жизни я встречал аналогичное отношение от других. На самые простые и естественные просьбы мне отвечали отказом, даже когда эти просьбы касались чего-то нетрудного, но очень важного. А когда я пытался упрашивать и настаивать, мне говорили, что я «напрягаю», «давлю» или «навязываюсь». Так что, в итоге, я не люблю кого-то о чём-то просить. Тем более, не люблю выпрашивать и манипулировать.

И вот, я не смог хорошо отдыхать и в городах: просто стеснялся «приставать» ко прохожим – и оставался без ночлега. Это, впрочем, дало мне интересный урок. Ведь моё «не люблю просить» – это привычка, основанная на разделении себя и других.

Если просишь в состоянии зацикленности на себе, без внимания ко другому человеку – это тоже состояние противопоставленности. Если отказываешь, просто игнорируя потребности другого – и это противопоставленность. Однако можно жить в открытости, чутким к себе и другому, и тогда естественная просьба может совсем не напрягать ни тебя, ни другого человека. Он может помочь или отказать, это зависит от его причин и условий. Но попросить, когда это уместно — в этом нет ничего неправильного; и ты можешь чувствовать, когда и как уместно это сделать.

Так что, сильно устав, я вернулся в Москву — досрочно прервал поездку. Но зато я отбросил ещё кусочек закрытости, противопоставления другим – и, может быть, со временем снова сорвусь в такую авантюру, и она пройдёт успешнее.

Практикующие и учителя

В одном очень симпатичном городе я встретился с Николаем, человеком из местного Дхарма-центра. Насколько я знаю, там это единственная группа практикующих буддистов – в отличие, например, от Москвы, где одних только дзенских групп и группочек едва ли не десяток (хотя ни в одной не устроено нормального дзенского образования; надеюсь скоро это изменить).

Я сказал Николаю, что еду по стране с целью общения, обмена опытом, и у меня сейчас два желания: найти бесплатный ночлег и пообщаться с людьми, интересующимися буддийской практикой.

Парень посоветовался с другим активистом, и они пришли к общему мнению, что в помещении Дхарма-центра (это свободная квартира, которую ребята снимают) меня поселить нельзя. Как сказал тот второй парень: «Только для Учителей из нашей организации мы можем рассматривать такой вопрос».

Я сказал:

– То есть, Будде Шакьямуни вы тоже не дали бы ночлега?

Николай ответил:

– Однозначно! Шакьямуни не пустили бы!

– Смешно.

Вообще, знакомясь с порядками разных современных буддийских организаций, обнаруживаешь много таких смешных правил. Например, дзенская организацию Сото-сю не признала бы Будду Шакьямуни и Хуэйнена дзенскими учителями, поскольку они не выполнили обязательного условия: нескольких лет медитации под руководством признанного дзенского учителя. Аналогично, их не приняли бы в Американскую Ассоциацию Дзенских Учителей, а тем более учителями в школе Риндзай, где стаж практики под руководством мастера должен быть ещё больше.

Такие порядки якобы помогают гарантировать качество учителей, но на самом деле это не работает. По-моему, наоборот: чем больше авторитарности в организации и меньше демократичности, тем больше злоупотреблений; не говоря о том, что такие порядки противоречат учениям Будды (например, в «Махапариниббана сутте» и «Чанки сутте»). За авторитет и «официальные права» держатся именно те учителя, которые утратили переживание пробуждённости или вовсе не имели его. Соответственно, они не всегда видят, что есть что, и поэтому пытаются опереться на какие-то формальности. Но без пробуждённости невозможно гарантировать мудрость и настоящую истину; любые внешние критерии могут обмануть. Даже повторение слов Будды – в неправильном контексте – вводит в заблуждение.

К счастью, ещё иногда встречаются учителя с пробуждённостью и буддийские организации, опирающиеся на видение бодхичитты, а не на формальности – такие как организации Тик Нат Хана, Шен Яня, часть корейского буддизма и т.п.

Я хочу распространять в России именно такую практику: основанную на пробуждённости, или хотя бы на старании практикующего видеть ситуации и принимать решения с позиции бодхичитты.

Наверное, большинство махаянских практикующих слышало или читало о важности бодхичитты, но без личного опыта и живых примеров это остаётся пафосными словами, отдельными от твоей практики.

Например, представьте ситуацию: в ваш город приехал буддийский учитель, который просит ночлега. Он говорит, что, если его тело не сможет отдохнуть, то ему придётся прервать поездку – и масса людей в стране останется без той Дхармы, которую он мог им дать. У вас есть свободная квартира, в которой, однако, лежит что-то ценное (как сказал Николай, «золото и брильянты»). Поэтому, когда вы принимаете решение, дать ли приют этому человеку, на одной чаше весов лежит распространение Дхармы – то есть, обучение людей мудрости и освобождению от страданий. На другой чаше – опасение, что этот незнакомый буддийский учитель обворует квартиру.

Какое решение вы примете?

Боязнь за какие-то материальные ценности исходит из желания сохранять эти ценности постоянно; потому что потеря таких ценностей вызывает у вас страдания.

Для пробуждённого видения же понятно, что никакие материальные ценности вечно не сохранить; их потеря может толковаться как «неблагоприятное» для чего-то явление, однако страданий не вызывает.

Поэтому, если рассматривать ситуацию с позиции бодхичитты, решение однозначно: естественно – помочь людям освобождаться от страданий; так же естественно, как руке вытаскивать колючку из ноги.

С точки зрения привязанности, без реального понимания бодхичитты, решение противоположное: отказать Учителю в приюте, ведь он не из нашей организации, и вообще, я его вижу впервые. Это, вроде бы, аргументы. Даже если учитель совсем не похож на вора. У точки зрения привязанности всегда находятся какие-то «аргументы»!

А точка зрения бодхичитты непонятна, ведь мы не привыкли ею пользоваться. Какая разница, получит кто-то какую-то Дхарму или нет?

Николай сказал:

– Ну, не найдёшь ты ночлега, но ты же дзенский мастер, для тебя это не проблема?

– Не проблема, но тело не отдохнёт.

– Но ты-то с этим справишься?

– Я рассматриваю мир как явления, которые взаимодействуют между собой…

– Великая новость, – рассмеялся Николай. – Видеть мир как явления, которые взаимодействуют!

– Да: вот, например, явление «тело». Предположим, оно не сможет отдохнуть и умрёт преждевременно. Какое тут ещё «я»? «Я» иллюзорно. Поэтому тут некому с чем-то справляться.

– Но ведь проблемы-то нет?

– Положим, проблемы нет. Но тело умрёт, не дав той Дхармы, которую могло дать. Представь, что Будда Шакьямуни умер на сорок лет раньше и не дал массы учений.

– Это не обидно, если бы Будда умер на сорок лет раньше. Обидно было бы, если бы в мире был один бессмертный, и он бы умер.

Я сказал:

– Какое людям дело до какого-то бессмертного? Что он есть, что его нет…

Вот отличие позиций обыденного воззрения – из привязанности – и взгляда бодхичитты. Для воззрения привязанностей кажется важна потеря чего-то уникального. Взгляд бодхичитты понимает, что всё созданное непостоянно; поэтому цепляться за него бессмысленно. Однако взгляд бодхичитты видит «колючки», страдания людей. Поэтому естественно будет доставать эти колючки.

Поэтому существенно, что Будда давал многие учения – их разнообразие помогало разным людям освободиться от страданий. Как будто рука вытаскивала колючки. Вот естественное действие Будды – освобождать существ от страданий и помогать им раскрыть бодхичитту.

Если человек смотрит обыденным взглядом, то от страданий других он отгорожен. Многих сансара цепляет именно «обещанием» отгородить от страданий.

Ступень бодхисатвы начинается, когда ты осознаёшь, что это «обещание» ложное. Отгородившись, можно лишить себя счастья, но от страданий так не защититься.

Впрочем, я не уговаривал поселить меня в Дхарма-центре. Сказал только, что правило, выгоняющее Будду Шакьямуни из буддийского помещения – смешное правило. Я бы даже охотнее поселился у кого-то из практикующих или интересующихся буддизмом. Это даёт им массу энергии благой кармы; плюс наше общение может помочь людям плотнее ухватить практику.

Николай не стал обзванивать людей – сказал навскидку, что вряд ли им будет удобно: люди с жёнами, маленькими детьми… Я возразил, что однажды именно человек с годовалым ребёнком пригласил меня ночевать. (Кстати, это был христианин – из какой-то «секты», но при этом вполне разумный, дельный человек, без «заносов», с какими мы обычно представляем себе сектантов).

Но Николай решил послать меня к кришнаитам. Хотя их сайт был подозрительно старым… и их давно не видели на улицах города… и телефон их не отвечал… Всё же, я отправился по указанному адресу – в дальние закоулки города – и нашёл нужный дом заколоченным; во дворе разломанный телевизор, подушки и прочий мусор; копоть над некоторыми окнами…

Уже перед расставанием с Николаем, допивая чай и спускаясь, мы поговорили о «самодостаточности» тамошних практикующих, о том, что им могут быть не очень интересны какие-то другие методы, которые я могу им дать.

– Ты можешь пробовать разные методы и всё такое, но, в конце концов, надо сосредоточиться на одном, – сказал Николай.

Я возразил, что люди разные, и поэтому им полезны разные учения и методы. Поэтому, зная разные подходы, ты можешь лучше помогать людям.

Во-вторых, наша жизнь и психика обширна. Это как большой фронт. У меня бывало так: сосредоточившись на чём-то одном, я хорошо продвигался; но некоторые другие участки отставали, и это начинало меня тормозить. Поэтому бывают полезны разные вспомогательные практики, другие методы и подходы. Например, хотя я учу, в основном, дзенским методам, иногда уместны приёмы вроде тех, что описаны в тибетских Ламримах. Многие считают, что Ламрим – это подход, совершенно противоположный дзенскому… А по-моему, не противоположный, но очень хорошо дополняющий.

Тут мы с Николаем разошлись в разные стороны – он домой, а я искать кришнаитов; и я не успел назвать третью причину, по которой полезно учиться у разных учителей.

У каждого из них я находил что-то новое для себя – или возможность лучше понять что-то «уже известное». Нужно лишь стараться что-то перенять, а что именно – обязательно найдётся. Например, этой весной я занимался уже «очень продвинутой» практикой мочжао, на её высшем уровне. Однако затворение с Достопочтенным Го Сином, где он учил самой начальной практике – Четырём основаниям осознанности – помогло мне ухватить эту мою «продвинутую» практику намного лучше, качественно поднять её уровень.

Это произошло не просто потому, что я занялся Четырьмя основаниями – а потому, что Го Син постарался донести свой подход, показать свой угол зрения, и я, хоть в какой-то мере, ухватил его.

Так, наверное, и у меня Николай и другие практикующие из того города могли ухватить что-то для лучшего понимания и практики своих методов. Например, Учителя часто говорят, что махаянский буддизм нужно основывать на бодхичитте. Особенно это относится к Тантре, которую и практикуют те ребята.

В тантрическом буддизме практикующие стараются перенять качества ума будд и бодхисатв: настраиваются с помощью особых практик и стараются сохранять постоянно. Такой ум и есть ум бодхичитты. Без настроения бодхичитты – не-разгораживания существ, – и без воззрения бодхичитты – это будет совсем другой ум. Поэтому без понимания, что такое бодхичитта и как вставать на её позицию, «буддийская тантра» превращается в совсем другую практику.

Это очень частая ситуация – может быть, даже самая частая – что люди практикуют как-то годами, что-то похожее на настоящую практику, но почему-то без особого прогресса.

Недостаёт какого-то элемента, и хороший учитель может помочь, указав на этот элемент и прояснив подходы к нему.

Как говорил Атиша, он учился у 150 учителей, но главным почитает одного из них – того, кто помог понять важность бодхичитты.

По моим наблюдениям разных буддийских групп и центров, они развиваются тогда, когда кто-то привносит импульс бодхичитты; в остальное время там застой или развал. Аналогично и в собственной практике людей. Как говорили разные Учителя, практика, ведущая ко пробуждению, вся исходит из бодхичитты.

Но говорят, что подлинная, естественная бодхичитта раскрывается лишь на ступени бодхисатвы. Как же практиковать, исходя из бодхичитты, если мы её ещё не достигли?

На самом деле, наше «я» и его качества иллюзорнее, чем нам кажется. Мы не отделены от бодхичитты, в принципе, ничем. Даже новичок может стараться видеть ситуации с её позиции.

Учиться жить пробуждённо в повседневной практике.

 

Hike


Постоянное Озарение, 27.05.2018

 

Для комментирования зарегистрируйтесь и войдите. In order to post comments, register and login.