Однако никаких объяснений не было. От нас просто ждали, что мы будем делать то же, что и все остальные. Я просто следовал распорядку; ел, медитировал сидя и при ходьбе, спал и так далее.

Шен Янь. Биография китайского монаха

Две беседы Александра Берзина

1. Введение в буддийскую сексуальную этику: сексуальные отношения с чужим партнером

Дорфгемайншафт Бордо, Италия, 1995

Меня попросили рассказать сегодня о буддийской сексуальной этике. Тема сексуальности, очевидно, представляет большой интерес для многих людей. В частности, когда люди живут в общине за городом, как вы здесь, может возникать множество затруднений в области сексуальности и сексуальных отношений. Из-за неразумного сексуального поведения с нашей стороны или со стороны нашего партнера могут возникнуть большие страдания. Может быть полезным рассмотреть, какие рекомендации в этой сфере может предложить буддизм.

Я хотел бы сделать сегодняшнее обсуждение менее формальным. Я буду говорить какое-то время, и, если у вас будут появляться вопросы по ходу, пожалуйста, задавайте. Позже, днем, я думаю, было бы хорошо провести обсуждение с вопросами и обменом идеями.

Западное этическое наследие

В целом, подход к этике в буддизме сильно отличается от европейского. В основе европейской культуры лежит смесь двух этических систем. Первая пришла из библейского культурного контекста, а вторая – из Древней Греции.

Библейская система представляет собой набор правил, касающихся этического поведения, которые были даны некоей высшей силой. Быть нравственным означает подчиняться этим правилам. Если мы подчиняемся правилам, то мы – «хорошие», «хорошие люди». Мы будем вознаграждены на небесах. Если мы не подчиняемся этим правилам, то мы «плохие» и будем наказаны после смерти. Таким образом, нравственность, по сути, появляется в результате подчинения этой высшей силе. Мы все время оглядываемся: «Что мне следует делать?». Здесь всегда есть эта идея «мне следует»: «Мне следует делать это, но я не делаю это, значит я «плохой», я виноват». Мы становимся неуверенными в себе и тревожными, потому что мы всегда хотим знать: «Что мне следует делать?»

В Древней Греции также существовал свод правил, но не в форме заповедей со стороны священной силы. Он был создан гражданами. Представители народа собирались в органы законодательной власти и принимали законы для пользы и процветания общества. Опять же, это принцип подчинения. Нам нужно следовать правилам. Соблюдая их, мы становимся не просто хорошими, с точки зрения нравственности, людьми, мы также становимся «хорошими гражданами». Если мы не следуем правилам – мы «плохие» люди и нам нужно платить штраф или сидеть в тюрьме.

Итак, наша западная этика представляет собой сочетание этих двух систем. Обе они основаны на подчинении правилам. Буддийская этика совсем не такая. Нас, западных людей, практикующих буддизм, это ставит в тупик, потому что мы хотим узнать, что с точки зрения буддизма нам «следует» и что «не следует» делать. Поэтому, когда мы рассматриваем буддийские учения об этике, мы часто понимаем их как библейские заповеди или юридические нормы.

Буддийская этика и отречение

Основа буддийской этики совершенно иная. Буддийская этика основана на главном учении Будды – Четырех благородных истинах или четырех фактах жизни. В целом, жизнь полна лишений, она трудна. Но у этого есть причина, и если мы хотим избавиться от трудностей жизни, нам нужно устранить эту причину. То есть, в отношении этой темы Будда сказал, что существуют конкретные виды поведения, которые становятся причиной наших страданий и несчастья. Если мы хотим избавиться от своих страданий, нам нужно воздерживаться от этих видов поведения. Если нас не интересуют все те проблемы, которые мы сами себе создаем, – тогда другое дело. Тогда мы идем напролом и продолжаем поступать как прежде. Это вопрос личного выбора.

Будда не давал никаких нравственных заповедей, подобных библейским. Будда никогда не говорил: «Вам следует поступать так, а если вы не поступаете так, то вы плохой». Но, тем не менее, Будда сказал: «Поступая так, вы создаете себе проблемы. Если вы не хотите этих проблем – прекратите так поступать». Если мы продолжаем делать то, что приносит нам проблемы, это не делает нас «плохим человеком». Если мы так не поступаем, если мы сдерживаемся, это не делает нас «хорошим человеком». Если мы продолжаем делать то, что создает нам проблемы, значит, мы глупы, и это печально. Если мы прекращаем так себя вести, мы мудры. Вот и все.

Буддийская этика, таким образом, в значительной степени является вопросом выбора того, как нам поступать. Занимаясь буддийскими практиками, мы развиваем созидательные качества, такие как отречение. Мы смотрим на наши проблемы и решаем: «Это не очень-то забавно. Я больше этого не хочу». Затем мы, исходя из отречения, принимаем однозначное решение, что нам нужно стать свободными от этих проблем. Точнее, мы решаем сами освободиться от них. Никто не освободит нас, кроме нас самих. Поэтому нам нужно в дальнейшем отказаться от того, что создает наши проблемы. Мы собираемся прекратить создавать причины, поэтому и проблемы, к которым они приводят, больше не появятся.

Например, если наши проблемы происходят из нашей ненависти или навязчивой привязанности, то мы, не желая переживать эти проблемы, отказываемся от них и от их причин. Мы развиваем решительность, думая: «Я собираюсь измениться. Я намерен отказаться от моего дурного характера и гнева. Я намерен отказаться от моей привязанности. Я попробую это сделать». Нельзя добиться успеха в буддийской практике, не развивая намерения бросить наши собственные дурные привычки.

Только лишь занимаясь рецитацией и выполняя ритуалы подношения пуджи, но не имея намерения отказаться от собственной привязанности или гнева, очень трудно повлиять на личные разрушительные привычки, такие как гнев. Ведь мы не собираемся использовать в нашей повседневной жизни какие бы то ни было позитивные качества, которые мы развивали во время пуджи. Ритуал превращается в нечто поверхностное, чем мы занимаемся для развлечения, подобно просмотру телепередачи каждым вечером. Итак, если мы действительно заинтересованы в достижении освобождения от наших проблем, вопрос буддийской этики становится основным.

Быть честным относительно наших целей

Очень важно избегать лицемерия в буддийской практике. Если большинство людей, вошедших в контакт с буддизмом, спросят себя честно, к чему они стремятся, окажется, что они на самом деле не стремятся к просветлению. Они даже не стремятся к освобождению. Большинство людей хочет просто сделать свою ситуацию в сансаре, свою обычную повседневную жизнь, чуть лучше.

Хорошо. Будда рассказал о методах улучшения сансары, а именно, как получить благоприятное перерождение. Это часть учения Будды. Однако большинство из нас не верит даже в будущие жизни, поэтому нас не интересует, как их улучшить. Нам хочется улучшить нашу сансару в этой жизни, прямо сейчас. Это тоже нормально. Но нам не следует быть амбициозными, говоря: «Я стараюсь стать буддой для блага всех живых существ», – когда это, в действительности, вовсе не является нашей целью. Конечно, следовать этике нужно и для достижения просветления, и для улучшения нашей жизни в сансаре. Но если мы реалистичны и честны в отношении наших целей, нам не будет так трудно следовать буддийской этике.

Вопросы, которые нам нужно здесь рассмотреть, связаны, опять же, с тем фактом, что большинство из нас подходят к буддизму с христиано-иудейской точки зрения. Мы привыкли думать: «Мне нужно работать для достижения просветления, потому что тогда я буду хорошим человеком, хорошим учеником, хорошим буддистом. Если я не работаю, чтобы стать буддой и всем помогать, а думаю только о том, как улучшить мою сансару, то я плохой человек, плохой ученик, плохой буддист». Опять же, акцент на «нужно». Мы ищем, что же нам «нужно» делать.

В буддизме это не так. Мы развиваемся исходя из того, что нам подходит на нашей стадии развития. Здесь нет «нужно». Здесь нет: «Если ты делаешь это, то ты хороший, а если ты на более низком уровне – то ты плохой». Мы не можем сказать: «Если ты взрослый – то это хорошо, а если ты ребенок – то это плохо. Поэтому, даже если ты, с духовной точки зрения, – ребенок, тебе нужно быть взрослым и действовать, как он».

Таким образом, когда мы стараемся следовать буддийской этике, самое важное – это попытаться понять зависимость между причиной и следствием в нашем поведении, как соотносится наше поведение с тем счастьем или страданием, которое мы испытываем в результате. Это основополагающий момент. Без уверенного понимания этой зависимости нет причины, чтобы следовать буддийской этической системе.

Разрушительное поведение и его последствия

Если мы посмотрим, что именно в буддизме называется «разрушительным поведением», то увидим, что это поведение, вызванное гневом, привязанностью, жадностью или глупостью. Это основные тревожащие эмоции – то есть эмоции или умственные состояния, которые нарушают спокойствие нашего ума и побуждают нас терять самообладание. В некоторых объяснениях добавляется, что отсутствие нравственного достоинства и заботы о том, как наше поведение сказывается на окружающих, например на наших партнерах и духовных учителях, также всегда сопровождает разрушительное поведение. С точки зрения кармы, поведение, которое мотивировано этими тревожащими эмоциями и такими состояниями ума, определенно влечет за собой страдание. Оно «созревает» в страдания.

Теперь нам нужно понять это утверждение. Это не очень просто. Мы не говорим о влиянии наших действий на кого-то еще, потому что оно может быть неоднозначным. С огромной любовью мы можем подарить кому-то цветы, и это вызовет у этого человека страшную аллергию, и он сильно заболеет. Мы можем украсть чью-то машину, и это сделает того человека невероятно счастливым, потому что он хотел избавиться от нее, и теперь сможет получить страховую компенсацию и купить новую. Итак, невозможно определить, принесут ли наши действия счастье или несчастье кому-то другому. Несмотря на то, что мы стараемся не причинять очевидный вред другим, мы никогда не можем сказать, что именно они испытают. Мы приготовили кому-то прекрасную пищу, а наш гость подавился и умер во время еды. Откуда мы могли знать, что произойдет?

Однако в соответствии с буддийскими учениями точно известно, что результат наших действий отразится на нас. Мы не говорим о немедленном воздействии. Если мы насилуем кого-то, сразу после изнасилования мы можем ощущать удовольствие от сексуального оргазма. Мы не говорим о таком счастье, которое мы получаем в конце действия. Мы говорим о том, что мы испытываем в долгосрочной перспективе, об изменениях нашего ума в долгосрочной перспективе и о том, что мы, в целом, будем испытывать в будущем в результате наклонностей и привычек, которые мы развиваем.

Например, у вас может быть внебрачный роман, и в это время вы наслаждаетесь удовольствием от близости с другим партнером. Однако позже, даже не рассматривая проблемы в личной жизни в следующих перерождениях, в этой жизни у нас, без сомнений, будет множество проблем в семье. То есть мы говорим не о сиюминутном удовольствии, которое получаем от сексуальных отношений, а о долгосрочном результате.

Мотивация в сексуальном поведении

Основной момент, который нужно рассмотреть, говоря о буддийской сексуальной этике – это мотивация нашего сексуального поведения. Сексуальная активность как действие не слишком сильно отличается от принятия пищи, в том смысле, что это биологическая функция, которая обусловлена обладанием определенным видом тела. Если мы обладаем таким телом, мы периодически испытываем голод. Нам нужно утолять его. Таким же образом в силу обладания этим телом,у нас есть половые гормоны. Существует биологическая составляющая половой функции, с которой нам придется иметь дело. Однако есть большая разница между удовлетворением сексуального желания и утолением голода. Мы можем жить без секса, но мы не можем жить без пищи.

Сексуальная активность, как и принятие пищи, может быть мотивирована или беспокоящей эмоцией, или созидательным состоянием ума, или нейтральным состоянием. В зависимости от мотивации и занятие сексом, и принятие пищи как действия становятся разрушительными, созидательными или нейтральными. Например, если мы едим вследствие сильной жадности и привязанности, объедаемся как свиньи, то это разрушительно. Если мы едим, потому что нам нужно быть сильными, чтобы заботиться о наших семьях, чтобы иметь силу и энергию для работы и так далее, то это положительная мотивация, принятие пищи созидательно. Если мы едим, потому что пришло время есть и кто-то еще ест, это этически нейтрально.

То же самое верно и для секса. Если мы занимаемся сексом из-за сильной привязанности и желания или из-за гнева, как в случае, если солдаты насилуют жен и дочерей своих врагов, то это разрушительно. Если мы занимаемся сексом, чтобы выразить свою любовь и помощь, и мы делаем это с подходящим человеком, с надеждой, что этому человеку станет немного лучше, то это созидательно. Если мы занимаемся сексом просто потому, что не можем спать, и это помогает нам утомиться, так что мы можем быстрее заснуть, это нейтрально.

Результат, который мы испытываем вследствие одного и того же действия различается в зависимости от мотивации. «Разрушительный» означает, что это создаст для нас проблемы в будущем. Для большинства людей негативной мотивацией в случае секса, которая делает его разрушительным и создает для них проблемы в будущем, является, обычно, привязанность и страстное желание. Говоря об отречении, мы имеем ввиду не сам половой акт, а скорее привязанность и страстное желание.

Я приведу пример. Допустим, мы думаем об идеальном оргазме. Такая задача вынуждает нас всегда быть недовольными тем сексуальным опытом, который мы имеем. Мы всегда ищем чего-то лучшего. Мы всегда жаждем чего-то большего и не можем по-настоящему наслаждаться тем, что у нас есть. Из-за такого отношения мы несчастны и неудовлетворены. Это ведет к тому, что у нас никогда не бывает удовлетворительного сексуального опыта.

То же самое происходит, если мы постоянно ищем идеального партнера для секса. Мы никогда не найдем совершенного партнера. Мы всегда будем неудовлетворенными, наше отношение все время будет делать нас несчастными. Сексуальное поведение, движимая такими состояниями ума, разрушительна, она разрушительна для нас самих. Когда мы говорим о разрушительности, мы всегда имеем в виду, что это разрушительно для нас самих.

Итак, нам следует отказаться от мифов об идеальном партнере и идеальном оргазме и от того страстного желания, которое эти мифы создают. Наше страстное желание основано на наивном заблуждении, что «где-то там есть идеальный партнер, с которым я достигну идеального оргазма». Это миф. Это детская сказка. Этого никогда не случится. Простите за эту печальную новость.

Сексуальные отношения с чужим партнером

Нам нужно подходить к проблеме сексуальности более созидательно. Если мы будем искать учения о том, какие виды сексуального поведения разрушительны, мы найдем различные списки. Однако во всех этих списках упоминается секс с чужим партнером. Если мы исследуем это, нам нужно постараться понять, почему это разрушительно, почему это вызывает проблемы. Это разрушительное поведение может произойти в двух случаях: когда у нас уже есть сексуальный партнер или когда у нас его нет. Давайте рассмотрим первый из этих двух случаев.

Мы можем сказать, что это разрушительно, потому что у нас будут трудности с нашим собственным партнером, что таким образом ему или ей будет причинен вред. Также мы можем сказать, что партнеру другого человека может быть принесен вред. Это один вид несчастья, которое может возникнуть. Но это не обязательно. Возможно, мы состоим в таких отношениях, что наш партнер считает это нормальным. Возможно, другой человек состоит в таких отношениях, что его партнер считает это нормальным. Это возможно.

Но нам нужно быть очень чувствительным в этом вопросе, потому что наш партнер может сказать: «О, это нормально, если у тебя будет секс с кем-то другим. Мне все равно», – но на самом деле женщина или мужчина может сказать это просто потому, что не хочет терять вас. Если он или она будет возражать, то может потерять нас, и поэтому он или она чувствует, что лучше промолчать и сказать, что все в порядке. Но внутри ему очень больно. Чрезвычайно важно быть чувствительным к нашему партнеру и видеть, действительно ли искренне он говорит, что это нормально.

И если это нормально с одной стороны, то есть нашему партнеру не важно, что мы занимаемся сексом с кем-то еще, а нам не нравится, что у нашего партнера есть секс с кем-то еще, то, очевидно, наши отношения не слишком устойчивы. А думать о человеке, с которым у нас есть секс: «Ну, все хорошо, пока его или ее партнер ничего не знает, а он вроде бы не знает», – это недальновидно. Партнер этого человека в конечном счете все узнает.

В соответствии с буддийскими текстами, главным результатом сексуальных отношений с чужим партнером будет неустойчивость личной жизни с нашим собственным партнером. Наши партнеры не будут верны нам. Даже если у нас сейчас нет партнера, это может случиться в наших будущих отношениях. Кроме того, хотя у нас в этой жизни не обязательно будет неверный партнер, последствия нашей измены могут принять форму развода и всех тех проблем, которые с ним связаны.

В соответствии с текстами, если мы занимаемся сексом с чужим партнером, это также создает причину для совершения многих других разрушительных действий. Например, нам приходится лгать о нашем романе. Нам даже, может быть, придется убить или украсть, если кто-то начнет шантажировать нас, чтобы он не рассказал все нашему партнеру. Это также может стать причиной потери работы. Мы будем вынуждены избавиться от вымогателя, чтобы он не мог разоблачить нас. Нежелательная беременность с внебрачным партнером может вынудить нас совершить аборт. Такие вещи могут происходить, хотя, конечно, нет полной уверенности, что они произойдут.

При обсуждении вопроса о неподходящем партнере для секса классические буддийские тексты не проводят различия между случаями, когда у нас уже есть партнер и когда у нас его нет. Тем не менее, я думаю, что нам следует отметить, особенно в современном западном контексте, что отрицательные последствия, подобные упомянутым мною только что, последуют в обеих ситуациях. Точно так же в классических текстах не упоминаются отрицательные последствия, которые могут последовать, если у нас уже есть партнер и мы занимаемся сексом с кем-либо, у кого нет партнера, кому не запрещают иметь сексуальные связи родители или кто не имеет соответствующих обетов. Но опять же, я думаю, что мы вынуждены признать, что подобные страдания появятся и в этом случае.

Неудовлетворенность

Если мы исследуем этот вопрос на глубоком уровне, мы обнаружим, что именно неудовлетворенность делает секс с чужим партнером разрушительным. Если у нас уже есть партнер, то именно наша неудовлетворенность им вынуждает нас искать нового партнера. Если у нас нет партнера, то иметь сексуальные отношения с чужим партнером нас подталкивает то, что мы не были удовлетворены при поиске партнера среди тех, с кем эти отношения были бы уместны. Может быть, мы даже не пытались искать.

Неудовлетворенность – это главный виновник почти всех видов неправильного сексуального поведения, упомянутого в классических текстах, то есть секса с использованием неподходящих частей тела, в неподходящее время, в неподходящих местах и так далее. За всем этим стоит неудовлетворенность. Например, скажем так, мы можем заниматься сексом в нашей спальне ночью, когда никто не войдет или не постучит в дверь. Но мы не удовлетворяемся этим: это не так захватывающе. Поэтому мы решаем заняться сексом на нашем заднем дворе днем, когда кто-нибудь может придти, увидеть нас, может смутиться или устроить скандал. Или мы занимаемся сексом в нашей гостиной среди бела дня, когда дети могут в любой момент прийти и увидеть нас. Это может стать причиной серьезной травмы для ребенка.

Неудовлетворенность может принимать множество форм. В целом, это когда мы не удовлетворены тем, что у нас есть, и хотим иметь больше. Например, у нас есть сложившиеся сексуальные отношения с нашим партнером, то есть мы занимаемся сексом при взаимном согласии о позах и способах. Не обязательно быть чересчур строгим: одна поза – и достаточно. Но, скажем так, у нас есть сложившийся «репертуар» способов.

Во-первых, этот репертуар должен быть правильным, не следует включать в него такие формы секса, которые, с общепринятой точки зрения, являются разрушительными для нашего партнера или для нас. Если в нашем сложившемся репертуаре мы сковываем другого человека цепями и пытаем его перед тем, как заняться с ним сексом, такое садомазохистское сексуальное поведение неприемлемо. Или если мы, не предохраняясь, вступаем в сексуальные отношения с тем, от кого мы можем заразиться венерической болезнью, или если мы сами больны и можем ей заразить других, это также было бы разрушительным и неприемлемым. Нам следует вступать в половой акт в тех формах, которые, с общепринятой точки зрения, являются разумными и здоровыми.

Конечно, здесь может быть множество мнений, как частных, так и культурных, по поводу того, какие формы секса являются разумными и здоровыми, а какие формы являются разрушительными, но давайте оставим эту дискуссию в стороне. Если мы недовольны нашим взаимным неразрушительным поведением, это может сделать нашу половую жизнь разрушительной, например, если мы ищем учебники по экзотическому, эзотерическому сексу и пытаемся сделать секс более возбуждающим с помощью сотен различных позиций. Мы даже можем думать: «Можно попробовать заняться сексом, стоя на головах», – потому что мы ищем какое-то идеальное удовольствие, которые мы никогда не найдем, – никогда. Мы ищем какого-то нового способа испытать идеальное переживание в сексе, и это лишь миф, подобно мифам об идеальном сексуальном партнере или об идеальном оргазме. Этого никогда не случится.

Неудовлетворенность действительно является источником проблем, это страстное желание чего-то большего и большего, чего-то лучшего и лучшего. Это страстное желание основано на цеплянии: «Я, я, я хочу получить больше». Особенно в таких местах, как это, где группа людей живет вместе, имея теплые отношения друг с другом, вдали от города, где иногда люди, уже имеющие сексуальные отношения, занимаются сексом с чужими партнерами, очень важно проверять мотивацию такого поведения. Очень важно исследовать, не основано ли это на неудовлетворенности собственным партером и поиском чего-то лучшего, лучшего, лучшего.

Если это основано на таком состоянии ума, это станет разрушительным для этого человека. Это неминуемо станет причиной проблем и несчастья. Вызовет ли это счастье или несчастье у наших партнеров, нового или старого, – это другой вопрос. Это неминуемо вызовет проблемы у нас. Это наш выбор. Если мы хотим оставаться несчастливыми и неудачливыми, ведь такой поиск обречен на неудачи, – тогда мы можем продолжать. Что ж, таков наш выбор. Но если мы хотим перестать испытывать несчастье, перестать беспокоиться из-за постоянных неудач и прекратить все время искать чего-то лучшего, нам нужно воздерживаться от такого типа поведения.

«Тело – это прекрасно» и свободная любовь

Другой вид самообмана – это считать сексуальное поведение невинным. У нас на Западе есть идея, что «тело – это прекрасно». Поклонение телу предположительно является нашим наследием из Древней Греции и из более поздней эпохи Ренессанса. Вы знаете этот подход: «Молодое тело так прекрасно и совершенно», – и мы почти поклоняемся ему. Когда мы занимаемся сексом с таким отношением к телу, мы считаем его прекрасной и удивительной вещью. Мы верим, что это действительно принесет другому человеку и нам большое счастье. Мы говорим о типичной для Запада идее «свободной любви», которую разделяют некоторые люди.

Например, у нас уже могут быть сексуальные отношения с определенным партнером, и мы встречаем на вечеринке кого-то, кого находим привлекательным и сексуальным. Мы можем подумать: «На самом деле, я вполне доволен моим партнером. Но тело этого человека так прекрасно. Я хотел бы погладить его. Нам стоит заняться любовью, празднуя красоту наших тел. Заняться любовью было бы так прекрасно». Мы даже можем думать: «Заняться любовью было бы так духовно». Такое наивное мышление на самом деле – один из способов самообмана. Лежащая в основе этого вера в то, что секс является «свободным» и совершенно невинным, прекрасным и даже духовным, может на самом деле быть результатом страстного желания, жажды и привязанности, поддерживаемых нашим наивным преклонением перед красотой тела.

Большинство из нас, будучи западными людьми, не любят буддийские учения, касающиеся памятования о том, что находится под кожей, что находится внутри желудка и кишечника и так далее. Но если мы игнорируем реальность того, что находится внутри тела, мы становимся жертвой мифа о том, что тело прекрасно, и тогда тело становится объектом навязчивого желания.

Буддизм объясняет страстное желание как тревожащую эмоцию, которая основана на неправильном представлении об ее объекте. Точнее, она основана на преувеличении хороших качеств или привлекательности ее объекта. В случае, когда объектом является тело, страстное желание считает что-то, в сущности нечистое, чистым и прекрасным. Попробуйте летом походить неделю, не принимая душ или не чистя зубы, и посмотрите, насколько «чисто» наше тело. Или же страстное желание считает то, что на самом деле приносит проблемы, источником настоящего счастья. Или нечто непостоянное оно считает постоянным. Или нечто, что не имеет реальной сущности, – имеющим реальную сущность. Действуя под влиянием такого наивного заблуждения, мы создаем проблемы самим себе.

Опять же, если мы хотим избежать несчастья, возникающего из-за нашего сексуального поведения, нам нужно избегать идеализации секса. Это не означает, что нам нужно прекратить заниматься сексом. Но не идеализируйте его. Другими словами, будьте реалистами в отношении тела другого человека и нашего собственного тела. Ноги часто потеют и плохо пахнут. Это действительно так, поэтому не нужно притворяться, что это не так, что тело всегда прекрасно и замечательно, как в голливудских фильмах: оно не такое.

И секс не может принести высшее счастье другому человеку или нам. Поэтому, если мы думаем: «О, я собираюсь заняться сексом с этим человеком, и это разрешит все его проблемы и сделает его счастливым», – или: – «Это разрешит все мои проблемы и сделает меня счастливым», – это миф. Очевидно, этого не произойдет. Возможно, это принесет ему или нам некое временное снятие напряжения, но будьте реалистичными в этом отношении. Это облегчение только временное. В этом нет ничего глубокого. В этом нет ничего особенного. Это, очевидно, не продлится долго. Поэтому нам не следует обманываться этим.

Если мы ложимся, обхватив руками другого человека, то рука, находящаяся снизу, в конце концов затечет. Подобного рода неудобства неизбежно будет случаться множество раз. Мы вынуждены принять их все как часть общей проблемы нахождения в сансаре. Мы обладаем этим типом тела, и оно связано с неурядицами, оно вызывает проблемы. Это же верно и для секса. Он также будет неминуемо наполнен проблемами. Итак, если мы романтизируем и идеализируем секс, мы получаем множество связанных с этим несчастий. Нам нужно быть реалистичными.

Краткий итог

Я думаю, буддийская сексуальная этика содержит ряд принципиальных моментов о том, как минимизировать количество проблем и неудач, вызванных нашим сексуальным поведением. Нам нужно очень честно исследовать мотивацию нашей сексуальной жизни, как с нашим партнером, так и с чужими партнерами, если мы вовлечены в такой вид активности. Нам также следует подробно изучить, как мы относимся к сексу. Идеализируем ли мы его или рассматриваем более реалистично? Если мы заинтересованы в том, чтобы освободиться от наших проблем, или даже если нас не интересует столь высокая цель, но мы просто хотим улучшить нашу жизнь в сансаре, иметь меньше проблем в этой жизни, нам нужно стараться избегать сексуального поведения, мотивированного тревожащими эмоциями или какими-либо фантазиями. Кроме того, конечно, нам нужно изо всех сил постараться не создавать нашим сексуальным поведением проблемы другим, хотя очень трудно предугадать, как наши действия повлияют на кого-либо другого.

Помните, что в буддийской этике никогда не говорится: «Вам следует делать так и не делать так». Это всегда вопрос желания прекратить создавать себе проблемы и иметь реалистичное понимание причин и следствий в нашем поведении.

Выражение любви

Перед тем как начать дискуссию, последним пунктом мы рассмотрим вопрос о том, как выражать любовь к другим. Независимо от того, есть ли у нас отношения с определенным партнером, если мы чувствуем очень сильную любовь к другому человеку, какой способ ее выражения уместен? Некоторые люди думают, что единственный настоящий способ выразить любовь – тот или иной вид сексуального поведения. Это не обязательно может быть половой акт с другим человеком, достижение оргазма, но это может быть намеренное взаимодействие на сексуальной почве: сексуальное возбуждение самого себя, другого человека или обоих. Но, очевидно, мы не думаем о том, чтобы делать это в отношениях с каждым, кого мы любим. Я, например, очень люблю свою собаку, и я часто выражаю эту любовь, гладя ее. Но я не думаю о том, чтобы заняться сексом со своей собакой, не думаю о том, чтобы вызвать у нее сексуальное возбуждение.

Было бы интересным посмотреть, как обстоит дело с выражением расположения в разных культурах. Например, когда западные люди приезжают в Индию или на Средний Восток, их иногда смущают способы выразить расположение, принятые у местного населения. Это связано с тем, что в Индии и на большей части Среднего Востока два друга одного пола могут гулять, держа друг друга за руку или пожимать друг другу руки очень долгое время. Такое поведение на Западе было бы воспринято иначе. В Индии и на Среднем Востоке это не имеет сексуального подтекста. В этих культурах держать друг друга за руку – это общепринятый знак выражения симпатии и дружелюбия по отношению к человеку одного с вами пола. В то время как в британской или американской культуре это было бы воспринято с сексуальным подтекстом и поэтому было бы неприемлемым поведением для гетеросексуалистов.

Другой пример. В странах Западной Европы, когда мужчина приветствует женщину, он целует ее в щеку один, два, три или даже четыре раза, в зависимости от культурных особенностей, и это, тем не менее, не имеет сексуального подтекста. На самом деле, он просто надавливает своей щекой на ее щеку, он, в действительности, не трогает своими губами ее лица. Но, например, в Индии мужчины никогда так не делают. Фактически, на исламском Среднем Востоке мужчины так приветствуют мужчин, опять же, без всякого сексуального подтекста.

Любопытно также то, что у западных людей как будто бы обязательно нужно говорить: «Я тебя люблю». Такое впечатление, что выражение нашей любви словами делает ее реальной. Как будто бы слова могут придать нашей любви подлинное существование. И если вы скажете мне, что любите меня, то это сделает любовь реальной. С другой стороны, если вы не говорите: «Я тебя люблю», – или если вы говорите это недостаточно часто, это подразумевает, что вы на самом деле не любите меня. Это интересно с точки зрения пустотности: можно видеть, как мы ошибочно предполагаем, что слова могут создать или доказать подлинное существование наших эмоций.

Если мы посмотрим на индийское общество, люди не говорят друг другу: «Я тебя люблю», – даже своим супругам и своим детям. В тибетском языке нет даже выражения: «Я тебя люблю». Человек выражает свою любовь и свое расположение другому своими действиями, а не словами.

Вернемся к нашему вопросу: для того чтобы продемонстрировать кому-то сильную любовь, нужно ли нам вступать в сексуальную связь с этим человеком? Если мы думаем, что нужно, мы, вероятно, обманываем себя. На самом деле, нашей мотивацией может быть не только глупость, но и страстное желание. Глупость здесь может быть такой: «Мне нужно заняться с тобой сексом, чтобы продемонстрировать и доказать мою любовь. Только так я могу по-настоящему выразить ее». Даже если мы не размышляем так радикально, мы можем чувствовать, что нам обязательно нужно выражать нашу любовь, горячо целуя другого человека в губы. Это важный момент, над ним стоит подумать. Действительно ли горячий поцелуй в губы выражает нашу любовь, является ли это единственным способом сообщить о ней? Это на самом деле очень интересный момент, особенно если мы углубимся в исследование мотивации нашего полового поведения.

Пожалуй, этого достаточно для общего понимания темы. Давайте обсудим эти вопросы.

Секс, развлечение и разнообразие

Вопрос: А как насчет развлечений? Секс – это также развлечение, нечто прекрасное для двух людей. Опять же, если рассмотреть аналогию с едой и голодом, я не хочу жить каждый день лишь на хлебе и воде. Поэтому я стараюсь иногда готовить хорошие блюда или пойти куда-нибудь поесть, просто чтобы сделать это интересным, добавив некоторую новизну. Не является ли это обоснованным подходом для поддержания здоровья и удовлетворения?

Берзин: Из вашего вопроса следуют два момента. Во-первых, что секс – это развлечение. Да, секс может быть развлечением. Проблема в том, что мы идеализируем секс и представляем, что это такая прекрасная вещь, которая может сделать нас счастливыми. Наименьшее количество проблем возникнет, если мы наслаждаемся сексом таким, какой он есть, если мы не превращаем его во что-то большее. Конечно, это развлечение. Но это не источник бесконечного счастья. Принятие пищи может приносить удовольствие и даже быть развлечением, но вот мы заканчиваем есть, и через два часа мы снова голодны. Это же верно и в отношении секса.

Второй момент здесь касается аналогии, что мы устаем все время есть только хлеб и воду, поэтому хотеть чего-то более интересного иногда нормально. Если мы думаем так о сексе, это многое говорит о наших сексуальных отношениях с нашим партнером. Если эти отношения кажутся нам подобными хлебу и воде, то в этих отношениях что-то не так. Занятие экзотическими формами секса, подобно приготовлению хорошего блюда, или секс с кем-то еще для новизны, подобно походу в ресторан, – это не решит проблему. Возможно, это ее усугубит.

Уточнение: Я упомянул этот пример просто из-за вашего сравнения сексуального желания и голода. Есть хлеб и пить воду – это хорошо и прекрасно, но это не может нас развлекать каждый день.

Берзин.: Это затрагивает один очень интересный момент. Что такое развлечение? Развлечению очень трудно дать определение. Кто-нибудь хочет дать определение слову «развлечение»? Чтобы привести пример, я расскажу об одном случае, произошедшем с моим учителем Серконгом Ринпоче в Голландии. Мы остановились там у очень богатых людей, у которых была большая яхта. Они держали ее в очень маленьком Датском озере, и однажды они взяли нас покататься на ней. Это напоминало плавание на корабле в ванне. Все, что мы могли сделать, – это обойти по кругу маленькое озеро, двигаясь в толчее вместе примерно с пятьюдесятью другими большими лодками, которые проделывали то же самое. Серконг Ринпоче прокомментировал это событие для меня на тибетском: «Вот это они понимают под развлечением?» Итак, что же такое развлечение? Является ли развлечением покататься на американских горках, от которых нас тошнит и от которых нам становится очень страшно? Будет ли это настоящим счастьем?

Неудовлетворенность и скука

В любом случае, давайте вернемся к вопросу о сексуальности, о том, что делает ее интересной. Это может вызвать целую дискуссию о том, что такое скука и почему она возникает. Я думаю, что скука возникает из-за чрезмерного количества возможных вариантов выбора, из которого возникает предвкушение разнообразия. Мы можем рассмотреть разнообразие на примере современного западного ребенка. У западного ребенка всегда спрашивают: «Чего ты хочешь? Что ты хочешь сегодня надеть? Что ты хочешь сегодня поесть?» С раннего возраста западный ребенок делает выбор между большим количеством возможных вариантов. Конечно, ребенок ожидает, что это разнообразие и возможность выбора будут доступны всегда.

Рассмотрим, например, западные супермаркеты и количество телеканалов. Существуют сотни вариантов выбора. Из-за ожидания найти что-то интересное среди большого количества доступных вариантов выбора быстро возникает скука, потому что мы никогда не довольны тем, что у нас есть. Мы всегда надеемся на что-то новое и отличающееся, что будет более интересным или более приятным.

Таковы ожидание разнообразия и скука, которая часто сопровождает его и которая возникает сегодня на Западе также и в сфере сексуальности. Будучи современными западными людьми, мы любим разнообразие в нашей сексуальной жизни, ведь у нас появляется скука, когда одна и та же вещь все время повторяется. Это разнообразие может выражаться в разных позах с нашим партнером или в сексе с разными партнерами. Поэтому, когда мы хотим больше развлечений в сексе, нам нужно подумать о роли скуки. Нам нужно подумать, что нам интересно и что нам больше не интересно, где пролегает граница и почему?

Говоря о том, что современному западному человеку лучше всего делать с приобретенной привычкой ожидания и потребности разнообразия, я думаю, что, как мы говорили до этого, определенный репертуар в отношениях с нашим устоявшимся сексуальным партнером может быть лучшим решением, чем сексуальные отношения на стороне. Если у нас с нашим партнером есть определенная взаимная договоренность о сексуальном распорядке, который включает не одну позу, а, скажем, репертуар из нескольких поз, то это дает нам некоторое разнообразие. Даже если у нас есть такое разнообразие с нашим партнером, мы можем создать проблемы, если будем постоянно искать идеальный способ заняться любовью. Такой поиск основан на неудовлетворенности и постоянном разочаровании, так что мы не наслаждаемся тем, что имеем. Такой подход создает неприятности.

Я не думаю, что можно утверждать, что заниматься сексом в нескольких разных позах с нашим партнером является разрушительным по природе и что это выльется в несчастье и страдания. Проблема появляется, если в нашем подходе присутствуют скука, неудовлетворенность и бесконечный поиск чего-то более интересного, чего-то более развлекающего. Это верно и в том случае, если мы хотим попробовать что-то новое и, как мы надеемся, более забавное с другим партнером всего один раз, а потом вернуться к нашей обычной сексуальной жизни.

Вопрос: Вы могли бы побольше рассказать о неудовлетворенности?

Берзин: Неудовлетворенность и ожидания тесно связаны друг с другом. Они происходят из-за наших фантазий и цепляния за что-то, чего не существует. Здесь мы мечтаем найти что-то идеальное, совершенного партнера. Это может быть Прекрасный Принц или Прекрасная Принцесса на белом коне, которые будут совершенством. У нас будет секс, и будут играть валторны, взрываться фейерверки, и мы «сорвем джекпот». Это полностью является фантазией. Такого никогда не случится. То есть неудовлетворенность происходит из веры в миф, в сказку о том, что где-то нас ждет Прекрасный Принц или Принцесса и что существует джекпот-оргазм.

Облегчение напряженной ситуации дома

Замечание: Когда мы занимаемся сексом с другим человеком, который не связан с нами в повседневной жизни со всеми ее повседневными проблемами, который не устал от трудного рабочего дня или от детей, то это облегчает нам жизнь. Нам становится легче, если мы ходим на сторону от отношений с нашим обычным партнером. Есть большая разница в качестве этих сексуальных отношений с кем-нибудь другим.

Берзин: Хорошо, какая здесь мотивация?

Ответ: Расслабиться и сделать нашу ситуацию легче.

Берзин: Хорошо, опять же, я думаю, существуют разные способы облегчить ситуацию. Нам нужно рассмотреть причину и следствие. Мы можем бегать, заниматься каким-нибудь спортом, сходить в кино, мастурбировать в душе, заниматься сексом с проституткой, с человеком, не состоящим в браке, или с чьим-то партнером. В соответствии с нашей задачей облегчить ситуацию, какие из этих вариантов будут менее разрушительными, а какие более? Или все они равны?

Одна из форм неосознавания, или неведения, относится к закону причины и следствия. Мы можем думать, что наши действия не будут иметь последствий, или мы просто не хотим думать о них. Но нам нужно думать о последствиях нашего поведения, которые отразятся не только на нас, но также и на нашем партнере, на партнере другого человека, если он у него или у нее есть, и на детях, которые могут быть вовлечены в эту ситуацию. Нам нужно думать даже о воздействии на общество в целом, ведь вы живете в очень небольшом обществе. В некоторых случаях, если мы попробуем экзотический фрукт и потом вернемся к хлебу и воде, мы станем даже более несчастными.

Конечно, многое зависит от частной ситуации. Нам нужно действительно исследовать нашу мотивацию, всех вовлеченных в ситуацию людей и их чувства и, на более простом уровне, наши взаимоотношения с нашим партнером. Нам нужно изучить последствия каждого из возможных выборов. Это не так-то просто. Можно ли расслабиться и облегчить свою жизнь по-другому, без поиска партнера на стороне и интимных отношений с ним. Или это единственный способ? И если мы думаем, что это единственный способ, то встает важный вопрос: почему это единственный способ? Являются ли эти сексуальные отношения способом выразить любовь другому человеку, результатом нашего глубокого чувства любви к этому человеку, или мы хотим заняться сексом просто с кем-нибудь, кто хочет этого и доступен?

Это тоже интересный вопрос. Кроме того, нам нужно рассмотреть, каков уровень наших устремлений в духовной практике. Мы стремимся к полному освобождению или просветлению? В этом случае мы хотим избежать любого действия, которое повлечет за собой страдания или уменьшит наши способности помогать другим. То есть мы будем воздерживаться от любых внебрачных связей, потому что это, определенно, принесет много проблем, из-за которых в конечном счете другие перестанут нам доверять. Или мы стремимся улучшить жизнь в сансаре? В этом случае нам следует постараться выбрать наименее разрушительные действия, а лучше даже постараться найти этически нейтральное решение. То же самое верно и в том случае, если мы не находимся на духовном пути.

Неудовлетворительные отношения

Вопрос: Если мы стремимся к освобождению, означает ли это, что мы, например, вынуждены оставаться в ситуации, в которой чувствуем неудовлетворение или настоящее несчастье? Как нам узнать, когда следует разорвать отношения?

Берзин: Когда отношения взаимно разрушительны и мы не в состоянии их исправить, это, конечно, означает, что пора их прекратить. В буддийских учениях никогда не говорится, что нам нужно оставаться в плохой ситуации. Но очень важно быть честным с другим человеком. Если мы собираемся разорвать отношения, то надо разрывать отношения. Не следует сохранять отношения, имея в то же время связь с кем-то на стороне, потому что это просто приведет к ухудшению ситуации.

Ответ: Я думаю, одна из причин неудовлетворительных отношений и огромных проблем – это вступление в отношения с ожиданием, что они будут длиться вечно. Я говорю об идее «пока смерть не разлучит нас».

Берзин: С буддийской точки зрения, мы размышляем с точки зрения бесконечного количества прошлых и будущих жизней. Близкие отношения с кем-то не ограничены рамками лишь одной жизни. Если у нас есть крепкие отношения с кем-то, они обусловлены кармической связью из предыдущих жизней. Более того, когда мы прекращаем отношения, отдаляясь друг от друга, это не значит, что кармическая связь просто исчезает и мы никогда не встретимся и не будем иметь никаких отношений с этим человеком в будущих жизнях. Мы не можем выбросить кого-то в мусорную корзину, как мы выбрасываем старую капусту, когда она испортилась.

Итак, если мы с нашим партнером решаем, что лучше прекратить отношения, скажем, развестись или не жить вместе, или прекратить заниматься сексом, лучше всего постараться закончить на положительной ноте, а не на отрицательной. По возможности было бы хорошо поддерживать впоследствии дружеские отношения, даже если они будут дружескими только с нашей стороны. Это особенно важно, если в отношения вовлечены дети. И если мы оба продолжаем жить в том же небольшом обществе, то при встрече нам нужно стараться быть дружелюбными. Если мы враждебны друг к другу, это неизбежно повлечет за собой отрицательные последствия и отразится на других людях вокруг нас.

Ответ: Правильно ли я понял, что кармическая связь с другим человеком не заканчивается, когда заканчивается наша интимная связь? Отношения просто меняют свою форму? Наша связь меняет форму, и даже когда я недоброжелателен или враждебен по отношению к моему бывшему партнеру, я все еще нахожусь во взаимоотношениях с этим человеком? То есть вы говорите, что лучше иметь с этим человеком положительные, хотя менее крепкие или близкие отношения? Мы позволяем отношениям измениться, держа в уме идею, что существует череда жизней и продолжительность кармы. Я правильно понимаю?

Берзин: Да, хотя это может быть непросто, особенно если развод инициировал наш партнер и мы по-прежнему чувствуем боль или печаль. Но, тем не менее, нам нужно преодолеть эту боль и попытаться развить более положительное состояние ума. Основная мысль – жить, не застревая на мыслях о прошлом. Ведь у нас нет выбора. Жизнь продолжается.

Если мы по-прежнему считаем себя вовлеченным в неудовлетворительные отношения, мы продолжаем чувствовать боль и отрицательные чувства по отношению к бывшему партнеру. Но если мы начали новую главу своей жизни и отождествляем себя с этим, – неважно, будем ли мы в этой новой главе одинокими или станем участниками новых отношений – наше эмоциональное состояние будет значительно более устойчивым. Если мы обладаем большей эмоциональной стабильностью и уверенностью в собственной способности жить дальше, мы сможем выработать положительное отношение к бывшему партнеру. Мы сможем в большей степени сосредоточиться на его достоинствах, а не на недостатках и тех трудностях, которые у нас были.

Выражение чувства всеобщей взаимосвязи

Вопрос: Разве мы не связаны со всем и со всеми, так или иначе? Мы просто усиливаем эту связь, когда вступаем с кем-либо в близкие отношения.

Берзин: Давайте вернемся к тому же самому вопросу, который я поднимал до этого, – как нам выразить взаимосвязь и обязательно ли выражать ее, занимаясь с кем-то сексом, держась за руки, принимая вместе пищу, гуляя вместе или еще как-то.

Этот вопрос – о том, как выражать любовь, – действительно трудный. Поскольку, взглянув на правильный с точки зрения Дхармы ответ, мы увидим, что нам нужно выражать любовь таким образом, чтобы другой человек мог лучше осознать это и не понять превратно. Выражая нашу любовь, нужно взаимодействовать с другим человеком уместно, не так ли?

С некоторыми существами это просто. Я могу выразить любовь своей собаке, погладив ее по голове или дав ей кость. Таковы уместные способы показать свою любовь собаке; подобное проявление любви собака может понять и оценить. Не думаю, что я смог бы выразить любовь к своей собаке таким же образом, как к человеку, хотя иногда у меня может появиться желание обнять мою собаку. Но моей собаке на самом деле не очень нравится, когда ее обнимают. Это неуместный способ продемонстрировать любовь собаке. С другой стороны, когда собаки выражают любовь друг к другу, особенно если они собираются заняться сексом, самец кусает самку за шею. Это было бы неуместным для человека способом выразить любовь своей собаке или другому человеку.

Более того, принятые среди людей способы выражения любви к мужчинам, женщинам, детям, взрослым, индусам, итальянцам, немцам, англичанам, американцам, японцам и так далее очень сильно различаются. Разница заключается не только в человеке, любовь к которому мы выражаем. Это также зависит от того, являемся ли мы мужчиной, женщиной, ребенком или взрослым, от жизненных ролей каждого из нас, от обстоятельств наших встреч, от окружающих людей и так далее. Однако мы часто имеем неосознанную веру в то, что «мои чувства настоящие и существуют реально, и я должен выразить их МОИМ способом». Здесь есть большое Я, Я, Я, которое вынуждает нас действовать.

Цепляние за прочное «я» чрезвычайно трудно преодолеть. Это так трудно потому, что мы обмануты мыслью, будто, выражая нашу любовь, мы становимся любящими людьми. Мы никогда не думаем, что это может заставить другого человека чувствовать себя неудобно или что это может быть разрушительным. Мы думаем, что любим, и если другой человек не принимает то, как мы выражаем любовь и расположенность, значит, он отвергает нас.

С другой стороны, если мы выражаем любовь так, чтобы другой человек смог понять и принять это, а не МОИМ способом, мы чувствуем неудовлетворенность. Выражение любви не кажется нам настоящим. К примеру, пусть МОИМ способом выражения любви является физический контакт, например объятия, и это единственный способ, который я ощущаю реальным. Тогда будет большой проблемой, если я мужчина и чувствую любовь к мусульманской женщине из традиционного общества, не являющейся моей женой.

Для работы с внезапно возникающим желанием нам нужна медитация

Вопрос: Что делать непосредственно в тот момент, когда возникает желание с цеплянием за удовольствие, и если это желание появляется внезапно? Например, мы кого-то встречаем, чувствуем близость и находим общий язык. Затем мы чувствуем влечение и желание заняться сексом. Это очень распространенная ситуация, с которой, я думаю, все знакомы. Понять, пересказать и следовать тем идеям, которые вы объясняете, нетрудно. Но в такой момент мы не хотим думать об этом. Мы доверяемся этой возникающей эмоции и думаем, что следовать ей нормально. Как мы можем работать с ней в такие моменты? Как вы уже сказали, сама сексуальность не является проблемой: нам нужно работать с эмоцией, которая стоит за ней.

Берзин: Вы знаете, эта проблема касается не только секса. Например, наш ребенок плохо ведет себя, и в этот момент мы злимся и кричим на него. Интеллектуально мы знаем, что это не поможет, что в данном случае это не лучший подход. Но ситуация возникла так неожиданно, что мы просто инстинктивно злимся и кричим. Это же верно и с желанием заняться сексом. В момент появления этих эмоций в наших действиях нет большой разницы.

В обоих случаях единственное, что помогает, – это наличие медитативного опыта. Медитируя, мы создаем полезную привычку быть бдительными, внимательным по отношению к тому, что происходит, применять противоядия и так далее. Если мы достаточно натренированы, наши новые привычки будут также появляться в тот момент, когда возникает желание, и мы будем способны применять их.

«Синдром голодной собаки» и кормление демона

Есть и другой фактор, который затрудняет управление внезапно возникающим сексуальным желанием во время общения с другим человеком. Это, возможно, не относится ко всем, но у некоторых бывает чувство, что «это – возможность заняться с кем-то сексом», и они неосознанно чувствуют себя как голодная собака. Независимо от того, есть ли у них уже партнер, они думают: «Если я не воспользуюсь этой возможностью, у меня может не быть другой». Поэтому они «берут то, до чего могут дотянуться», даже если этот человек и не подходит им как партнер. Различные формы этого синдрома появляются у людей, переживающих кризис среднего возраста, который сопровождается ощущением, что это их последний шанс перед тем, как они станут слишком старыми и непривлекательными.

Если мы переживаем этот синдром, может быть очень показательным исследовать, почему мы чувствуем себя как голодная собака. Нам нужно исследовать цепляние за конкретное «я», которое сопровождает наше ощущение жажды любви, выраженное такими идеями, как «я заслуживаю любви», «почему у кого-то есть любовь, но не у меня», «никто меня не любит» и так далее.

Полезный способом преодолеть этот синдром – метод Цултрим Эллион, который называется «кормление демона». Она разработала адаптацию буддийской практики чод, отсекающей привязанность к «я» с помощью подношения своего тела демонам.

Метод состоит в том, чтобы положить перед собой подушку и, сидя к ней лицом, выбрать какую-нибудь нашу эмоциональную проблему, например проблему любовного голода. Это ощущение голода вынуждает нас блуждать повсюду в поисках новых партнеров. Мы представляем и пытаемся почувствовать, как эта проблема затаилась внутри нас, подобно некоему преследующему нас демону. Затем мы стараемся вообразить, как этот демон выглядит. Какой он формы и какого цвета? Он худой? Он имеет тысячу рук, цепляющихся за кого-то? Есть ли у него колючие шипы на шкуре и острые клыки? Он большой и толстый или маленький и истощенный?

Затем мы представляем, как демон выходит из нас и садится на подушку. После этого мы спрашиваем у него: «Чего ты хочешь?» Потом мы также представляем, что демон нам отвечает, или мы сами пересаживаемся на подушку и смотрим назад, – туда, где мы сидели до этого, – и отвечаем: «Я хочу любви. Я хочу, чтобы у меня была любовь, чтобы никто не мог прервать ее или забрать ее у меня», – или чего-то еще, что хочет демон.

Затем мы возвращаемся туда, где сидели (в случае, если мы пересаживались на подушку), и в своем воображении кормим демона. Мы даем демону все, что он хочет, – в нашем случае, плотскую любовь, – мы отдаем ему то, что есть у нас. Мы кормим его в неограниченном объеме, пока демону не будет достаточно. Это может быть очень действенным. Цултрим Эллион наблюдала огромную пользу от практики этого метода, особенно в случае с больными СПИДом и раком. Вероятно, он помогает усилить иммунную систему. Пожалуйста, попробуйте его сейчас в отношении любых ваших проблем.

[Медитация]

Результаты кормления демона

У вас есть какие-нибудь комментарии или вопросы, касающиеся этой практики?

Комментарий: Практикуя, я обнаружил огромное богатство. Я действительно чувствовал, что способен отдать что угодно, а ведь обычно я себя так не чувствую. Когда я занимался этой медитацией, я действительно почувствовал, как много я могу дать. Думаю, это некий сопутствующий эффект практики, очень важный. Помимо кормления этого демона, помимо работы с этой проблемой, она также приносит ощущение обладания огромным богатством, которое можно отдать.

Берзин: Это чувство богатства подобно чувству, которое появляется в практике тантры, когда мы освящаем подношения. Первым делом мы очищаем подносимые объекты, такие как цветы, благовония, свечи или еду нашим пониманием пустотности. Затем мы преобразуем их в нектар и другие чистые формы. Наконец, мы умножаем их, делая бесконечными, так что мы можем сделать бесчисленные подношения. Они никогда не иссякнут. Если мы действительно осознаем этот процесс, делая подношения, то в этой практике кормления демона мы чувствуем, что обладаем бесконечным количеством любви, которое можем отдать, или бесконечным количеством внимания – тем, что хочет демон в нашей практике.

Комментарий: Я также обнаружил, что отдавать демону желаемое кажется очень естественным. Как только он получает это, он уходит прочь. Но как мы к этому приходим? Сначала мы так сильно отождествляемся с демоном внутри нас, мы не хотим ничего отдавать другим. Это действительно странно.

Берзин: Это странно. Это работает, потому что мы отдаем демону то, что нужно и желаемо для нас, и это очень помогает. Отдавать другим то, что нужно нам самим, – вот решение этой проблемы. Если у нас, например, были плохие отношения с одним из наших родителей или сразу с обоими, то единственный способ преодолеть это – быть хорошим родителем для наших детей и для других детей. Нам нужно давать им то, что мы бы хотели получить от других, но, желательно, не в невротическом ключе, а в положительном. Это может по-настоящему исцелять. Многие люди дают своим детям материальные блага и возможности, в которых те, будучи детьми, нуждаются. Но с психологической точки зрения важнее отдавать им внимание и любовь, которых нам, возможно, не хватало, когда мы сами были детьми.

Комментарий: Кормление демона придает мне ощущение огромного удовлетворения.

Берзин: Я думаю, это происходит потому, что, выполняя эту практику, мы обретаем уверенность в том, что способны отдавать. У нас есть то, что мы можем предложить, и мы способны отдать это тому, кто возьмет это, то есть демону, и это приносит нам огромное ощущение самодостаточности.

Более глубокая причина, почему эта практика работает, заключается в ощущении того, что мы отсекаем прочное «я», как в практике чод. Мы отсекаем прочное «я», потому что мы отождествляем нашу проблему с демоном, который символизирует это прочное «я». Например, если демон хочет быть любимым и мы даем ему безграничную любовь и понимание, так что демон удовлетворяется и уходит, то прочного «я», которое мы отождествляем с демоном, здесь больше нет. Это позволяет укрепить здоровое чувство «я». Мы показали себе, что мы способны отдавать, и наше чувство самодостаточности, основанное на этом здоровом чувстве «я», становится сильнее. Это позволяет нам свободно давать другим то, в чем мы так отчаянно нуждались сами. Это основной момент практики чод: отсечение прочного «я».

Комментарий: Во время упражнения мой демон был тем чувством беспокойства, которое я испытывал и которое заставляло меня неосознанно пытаться выяснить, что другие люди ожидают от меня. Я дал демону возможность быть собой, не пытаясь все время угодить другим. Я почувствовал большую свободу.

Берзин: Это хороший пример того, как следует работать со скрытыми проблемами, которые могут вынуждать нас заводить сексуальные отношения на стороне. Мы можем почувствовать это в отношениях с нашим партнером: мы все время пытаемся делать то, что наш партнер ожидает от нас. Поэтому, чувствуя клаустрофобию, мы неосознанно ищем партнера на стороне, с которым мы могли бы расслабиться. Как кто-то уже сказал, мы можем развлечься с ним, у нас не возникает того же напряжения и тех же проблем, которые мы чувствуем дома. Но если мы дадим демону и, стало быть, себе свободу быть самими собой, наше ощущение клаустрофобии начнет уходить. Мы почувствуем себя более расслабленными в трудной домашней ситуации. Это также позволит нам предоставить нашему партнеру такую же свободу.

Итак, медитативные практики, подобные этой, могут быть очень полезны при работе с неудовлетворенностью в сексуальных отношениях, которая может неосознанно вынуждать нас искать больше, больше, больше. Этот импульс – демон, так накормите демона!

Работа с влечением к красоте тела

Вопрос: Как вы думаете, влечение к другим людям почти всегда приводит нас к неудовлетворенности нашими отношениями?

Берзин: Нет, не обязательно. Можно получать огромное удовольствие от красоты других, и это не будет доставлять нам беспокойства до тех пор, пока мы не цепляемся за этого человека. Просто наслаждайтесь красотой. Нам не обязательно дотрагиваться до всего, что мы находим прекрасным, например, если это прекрасный закат или костер.

Когда мы видим и наслаждаемся красотой, это не обязательно должно беспокоить. Когда наши умы полны цепляния, основанного на ощущении прочного «я», которое, может быть, ощущает себя обделенным любовью, то столкновение с красотой другого человека действительно может тревожить нас. То есть мы не можем наслаждаться этой красотой чисто, без заблуждения.

В практике тантры мы совершаем еще одно преобразование, связанное к подношениями. Мы представляем, что способны наслаждаться подношениями чисто, без заблуждения. Необходимость выработать эту полезную привычку – одна из причин того, что в тантрических ритуалах делают столько подношений. Мы представляем наслаждение этими подношениями без каких-либо беспокоящих эмоций, переживаем свободу от заблуждений, как если бы на нашем месте был Будда. И затем мы на самом деле стараемся наслаждаться ими таким образом. По мере продвижения в практике мы становимся способными наслаждаться красотой других людей без беспокойства. Мы больше не чувствуем, что нам нужно дотронуться до человека или что нам нужно вступить с ним в половой акт. С этим более расслабленным и открытым состоянием ума мы действительно получаем больше удовольствия.

Чтобы понять, что я сейчас имею в виду, подумайте, например, как расслабленно мы себя чувствуем, когда можем наслаждаться красотой дикой птицы, которую видим в поле, не цепляясь за нее как за «мою». Если мы цепляемся за ее красоту, мы теряем это чувство расслабленности. Мы пытаемся поймать ее, и если нам это удается, мы помещаем ее в клетку в нашем доме. Несчастная птица оказалась в тюрьме. Как вы думаете, насколько счастливой она себя чувствует?

Стремление потрогать

Вопрос: Мы здесь работаем с различными чувствами. Мы можем сделать вывод, что смотреть – это «нормально», а прикасаться – это «плохо». Почему касание так сильно отличается, особенно если мы можем просто приблизить свою руку к чему-то и ощутить форму этого?

Берзин: Это очень интересный и важный вопрос. С точки зрения анализа пустотности, если мы трогаем что-либо, становится ли оно от этого реальным? Становимся ли мы от этого реальными? Нам нужно глубоко исследовать этот вопрос. В конце концов, есть психологически неуравновешенные люди, которые неосознанно стараются потрогать все, что их окружает, например стремятся ощупать всю одежду на стеллажах в магазине.

Что касается держания чего-то в руке: если мы подумаем о цеплянии за реальное существование, то цепляние – это жесткий способ удерживать объект в уме. Когда мы, в дополнение к умственному удерживанию, физически держим что-то в руке, наше физическое цепляние усиливает наше умственное цепляние. Вот почему мы чувствуем большую надежность, когда мы держим что-то, или когда мы обнимаем кого-то, или кто-то обнимает нас. Мы чувствуем еще большую уверенность, когда ощущаем обернутое вокруг нас одеяло. Несмотря на то что в буддийской когнитивной теории говорится, что сознание глаза «удерживает» форму и цвет, сознание уха «удерживает» звуки и так далее, сознательно мы не переживаем умственное восприятие как физическое «удержание» объекта.

Также есть большая разница между прикосновением или держанием куска одежды и прикосновением или держанием чьей-то руки или поглаживанием части тела. Отличие заключается в том, что люди и большинство животных испытывают биологическую и психологическую потребность в физическом соприкосновении с другими существами, а также потребность в любви. Доктора доказали, что отсутствие физического контакта с другими людьми значительно тормозит развитие ребенка. И в случае со взрослыми людьми, особенно с престарелыми, физический контакт и любовь играют важную роль в усилении иммунной системы для улучшения здоровья и продления жизни.

Получается, в случае с желанием прикоснуться или подержать кого-то, биологические факторы способствуют нашему побуждению.

Тем не менее, есть разница между здоровым физическим взаимодействием и навязчивым стремлением к этому. Нам также нужно различать уместные и неуместные виды физического контакта в отношениях с широким кругом людей, с которыми мы общаемся.

Стремление испытать удовольствие оргазма

Вопрос: Иногда обнять кого-то недостаточно. Неожиданно это приводит к сексу. Что делать, если мы чувствуем, что объятий недостаточно?

Берзин: Нам нужно очень внимательно исследовать наше стремление испытать оргазм. Когда мужчина достигает оргазма, это означает окончание его сексуального удовольствия. Достижение оргазма – счастливое высвобождение того напряжения, которое происходит до полового акта и во время него, но это приносит не только окончание напряжения, но и окончание блаженства. Поэтому, если мужчина хочет продлить удовольствие, то оргазм можно рассматривать как полное фиаско. В случае с женщинами, хотя они могут испытывать множество оргазмов и их блаженство не заканчивается вместе с первым из них, так или иначе, энергия этого блаженства в конечном счете закончится после ее высвобождения.

Здесь возникает интересный вопрос: чего же мы, в действительности, хотим? Мы хотим оргазма, который затем служит причиной окончания события в целом, или мы хотим любви и физического соприкосновения, которые присутствуют до этого? Для многих людей последнее является более важным, чем оргазм, особенно когда мы становимся старше. Хотя это не так драматично, однако, во многом, приносит большее удовлетворение. И если вы скажете мне, что после достижения оргазма вы можете лежать рядом и по-прежнему выражать любовь, – что ж, это, наверное, возможно. Но курильщики обычно чувствуют, что им нужно выкурить сигарету, а большинство людей быстро засыпает.

Очень интересно сравнить оргазм с зудом. Если мы, занимаясь медитацией внимательности, сосредоточим наше внимание на зуде, мы обнаружим, что зуд – это на самом деле приятное ощущение. Но оно слишком приятно, так что мы испытываем непреодолимое желание почесаться и устранить его. Оно слишком сильное, и мы уничтожаем приятное ощущение. Происходящее с оргазмом очень похоже. По мере того как сексуальное удовольствие увеличивается и мы приближаемся к пику оргазма, нашей непроизвольной реакцией будет привести это удовольствие к завершению. Мы по сути уничтожаем осознавание блаженства, как уничтожаем зуд. Это очень интересно.

Если мы таким образом исследуем наше навязчивое стремление испытать оргазм, это может помочь нам довольствоваться более уместными способами выражения и принятия любви со стороны чужих партнеров или вообще всех, кроме нашего партнера. Если мы любим кого-то, это не означает необходимость полового акта и оргазма.

Работа с сексуальным напряжением

Замечание: Я прочитал в газете, что влюбленность и занятие сексом – это эйфорические состояния ума, когда в теле выделяются определенные гормоны, которые вызывают зависимость. Из-за этого мы становимся зависимыми от этих состояний эйфории. Если в наших отношениях с партнером заканчивается любовь и занятие сексом становится для нас рутиной, то выделение гормонов не такое сильное. Поэтому мы пытаемся увеличить их количество. Это подталкивает нас искать другого, более возбуждающего партнера на стороне.

Берзин: Подумайте о примере с двумя магнитами. Если мы будем держать два магнита на небольшом расстоянии, то напряжение и, в определенном смысле, возбуждение будут больше, чем когда магниты соприкоснутся. Что касается поиска некоего гормона, описанного в газете, то можно значительно сильнее возбудиться, просто находясь в присутствии человека, которого мы находим привлекательным, но который был бы неподходящим партнером для секса, нежели имея с ним интимные отношения.

Подумайте об этом. Когда мы испытываем сильное влечение к другому человеку и смотрим на нее, он очень легко захватывает наше внимание. Но если мы долго обнимаем его, то мы уже смотрим на стену или на кровать, а не на этого человека, или же мы закрываем глаза. Пока объятие продолжается, в большинстве случаев мы чувствуем, что нам стало немного скучно. Наш ум начинает блуждать. Очень трудно удерживать внимание сосредоточенным на другом человеке. Мы можем даже начать фантазировать о ком-то другом. И напротив, если мы находимся в нескольких шагах от человека, мы можем быть сильно сосредоточены на нем. Ощущение между нами похоже на напряжение между магнитами.

Хитрость в том, чтобы наслаждаться этим магнетизмом, не склоняясь к тому, чтобы уничтожить его, как мы уничтожаем зуд или нарастающее напряжение оргазма. Это то же самое, что терпеть щекотку. Многие люди сходят с ума, боясь щекотки, но в действительности, боясь щекотки, мы защищаем себя от наслаждения приятными ощущениями, возникающими во время щекотки. Нам нужно решить, что мы не боимся щекотки. Такое решение – лишь вопрос нашего отношения: мы можем перестать считать себя человеком, который боится щекотки. Изменив отношение, мы сможем расслабиться и наслаждаться щекоткой.

Мы можем сделать нечто подобное с напряжением, возникающим при виде прекрасного незнакомца или незнакомки, которые возбуждают и волнуют нас, или с напряжением, когда мы вступаем в дружеские отношения с таким человеком, или даже с напряжением, когда между нами есть чувство любви. Мы можем просто наслаждаться возбуждающим удовольствием, – независимо от того, описываем ли мы это как игру гормонов, – без необходимости уничтожать это или вступать в неприемлемые сексуальные отношения.

Комментарий: Я думаю, что у меня был подобный опыт, когда я занимался йогой, во время выполнения упражнений с партнером. Иногда мы дотрагиваемся до нашего партнера, и это хорошо; мы называем это «пустое прикосновение». Это такое прикосновение, когда мы осознаем свою руку и возникающие чувства, не надавливая и не дергая, без загрязнений влечения и привязанности. Мы просто находимся в соприкосновении, чувствуя связь, теплоту и доброжелательность, которые выражены подобным прикосновением. Я могу наслаждаться этим, и это не приобретает сексуальную окраску.

Берзин: Это хороший пример того, о чем мы говорили. Итак, как видите, подобные способы работы с побуждениями к неуместному сексуальному поведению возможны.

Пожалуй, это хороший момент для окончания нашего обсужденияи. Большое вам спасибо.

 

2. Проблематика буддийской сексуальной этики

Морелия, Мексика, сентябрь 1998

Правовая и гуманистическая этические системы на Западе

Сегодняшняя тема – буддийский взгляд на сексуальную этику. В общем, в буддизме мы всегда стараемся следовать срединному пути, пытаемся избежать двух крайностей. Это касается и сексуальности. Одна крайность – это быть слишком строгим и требовательным. С этой – крайней – точки зрения сексуальность рассматривается как нечто грязное и, по сути, плохое. Но также мы стараемся избежать и другой крайности, то есть такого подхода к сексу, когда утверждается, что все является допустимым: «Просто вырази себя».

С точки зрения этического подхода к сексуальности буддийский срединный путь учит нас избегать этих двух крайностей. Впрочем, следуя ему, нам нужно понимать буддийский взгляд на этику. Поскольку существует множество разнообразных этических систем, нам нужно быть осторожными, чтобы не проецировать наши личные этические представления на буддизм. Например, библейская этика учит набору правил, данных высшей силой, Богом. Нравственное поведение в этом случае является вопросом подчинения этим правилам. Если мы подчиняемся законам Бога, то мы – «хорошие люди» и будем вознаграждены. Если мы не подчиняемся им – мы «плохие» и будем наказаны.

Другая этическая система, которая значительно повлияла на западный подход, пришла из Древней Греции. Она чем-то похожа на библейскую, но законы там происходят не от Бога, а принимаются в законодательных органах людьми, выбранными для этой цели. Опять же, нравственность здесь является вопросом подчинения. Если мы починяемся этим гражданским законам, мы являемся «хорошими гражданами»; если мы не подчиняемся – мы «плохие граждане», мы преступники и нас сажают в тюрьму.

Можно заметить, что в этих двух этических системах, построенных на законе, предполагается, что мы ощущаем себя виноватыми. Другими словами, они основаны на осуждении. Есть конкретные действия, которые с точки зрения нравственности считаются «плохими», а другие считаются нравственно «хорошими». Если мы совершаем что-то «плохое», то мы виноваты. Когда мы переносим этот этический подход, основанный на осуждении, в сферу сексуальности, наше сексуальное поведение часто сопровождается чувством вины, даже если никто не застал нас, когда мы делали что-то «неприличное». Это происходит из-за того, что мы становимся судьями и судим самих себя, даже когда никто нас не судит.

Третий вариант западной этики – это современный гуманистический подход. Он основан на принципе непричинения вреда другим. Все, что мы делаем, – это нормально, если мы не причиняем другим вреда. Если мы причиняем вред – это неэтично. Обычно мы смешиваем гуманистический и правовой подходы вместе, поэтому если мы причиняем кому-то боль, мы чувствуем себя из-за этого плохими и виноватыми.

Буддийская этика неосуждения

Буддийская система этики полностью отличается от этих трех. Она не основана на подчинении правилам. Не основана она и только лишь на попытках не причинять страдания другим, хотя, конечно, мы тщательно стараемся не приносить вред. Но она глубже такого подхода. В соответствии с буддизмом, основой нравственного поведения является избежание действий, вызванных мотивацией страстного желания, гнева или неведения, и правильное использование распознающего осознавания. Последнее предполагает способность распознавать, какая мотивация и какие действия являются созидательными, а какие – разрушительными. Под созидательными и разрушительными мотивацией и поведением подразумевается, что тенденции и привычки в нашем потоке ума в какой-то момент в будущем станут причинами для ощущения счастья или страдания, которые являются их следствием.

Никто не придумывал правила, в соответствии с которыми устанавливается созидательность или разрушительность. Просто обычным ходом вещей является то, что некоторые действия влекут за собой страдания, а некоторые – нет. Например, если мы будем держать свою руку в огне, она загорится, и это приведет к страданию. Это разрушительное действие, верно? Никто не изобретал этого правила: это просто естественный ход вещей. Если кто-то хочет держать свою руку в пламени, это не делает его плохим человеком. Это, возможно, делает его глупым человеком или человеком, который не понимает закона причины и следствия, но это, определенно, не делает его «плохим» человеком.

То есть основной акцент буддийской этики делается на том, чтобы попытаться понять, какие типы мотивации и поведения являются разрушительными, а какие – созидательными. Другими словами, нам нужно учиться отличать то, что принесет нам несчастье, от того, что принесет нам счастье. И это зависит от нас; мы сами несем ответственность за собственные переживания в будущем. Это подобно тому, как мы, например, узнаем о вреде курения, а будем мы курить или нет – зависит от нас. Если кто-то действует разрушительно и причиняет себе вред, он может быть объектом сострадания. Было бы неуместно смотреть на такого человека свысока, чувствуя свою праведность и жалость к нему. Это не буддийской подход. Это печально, что он не осознает действительность.

Буддизм так же подходит и к вопросу сексуальной этики. Он не осуждает. Определенные типы сексуального поведения и мотивации являются разрушительными и ведут нас к несчастью, в то время как другие являются созидательными и приносят нам счастье. Опять же, все зависит от нас. Если мы хотим иметь много проблем из-за нашего сексуального поведения, мы можем продолжать потворствовать себе. Но если мы не хотим, чтобы у нас были проблемы, нам следует воздерживаться от определенных вещей.

Мы можем без труда понять разницу на одном примере. Если мы хотим заняться сексом с проституткой, не предохраняясь, – что ж, это достаточно наивно и очень глупо, так как мы рискуем заразиться СПИДом. Но это не делает нас плохим человеком. Это наш выбор. Как видите, этот подход к сексу весьма отличается. Это является ключом к пониманию буддийского подхода в целом.

Различие между созидательным и разрушительным поведением

Чтобы детально рассмотреть буддийскую сексуальную этику, нам нужно понять разницу между созидательным и разрушительным, как она понимается в буддизме. В целом, в буддизме проводится различение между действиями, которым сопутствует заблуждение, и действиями, свободными от заблуждения. Эти термины обычно переводят как «загрязненные» и «незагрязненные» действия – загрязненные заблуждением о нашей собственной природе, природе других и природе реальности в целом. Загрязнение заблуждением приводит к страстному желанию, гневу и к обычной глупости, которые затем мотивируют наши действия.

Действия, свободные от заблуждения, предполагают неконцептуальное понимание пустотности – понимание того, что наши спроецированные фантазии о реальности никаким образом к ней не относятся. Такое понимание очень трудно обрести, даже на концептуальном уровне. Так, действия большинства из нас содержат заблуждение. Они происходят из заблуждения и сопровождаются заблуждением. Такие действия порождают то, что мы называем «кармой». Они вынуждают нас продолжать испытывать неконтролируемые повторные перерождения, наполненные проблемами, то есть сансару.

Какие-то действия с заблуждением могут быть созидательными, какие-то – разрушительными, а какие-то Будда не относил ни к одной из этих двух категорий. Разрушительные действия всегда смешаны с заблуждением, и они всегда созревают в несчастье и страдание. Созидательные действия, смешанные с заблуждением, созревают в счастье, но это счастье не будет продолжаться вечно, и оно никогда не удовлетворит нас. Неопределенные (нейтральные) действия также могут быть смешаны с заблуждением. Они созревают в нейтральные переживания, не являющиеся ни счастливыми, ни несчастливыми.

Мы уже рассмотрели пример разрушительного действия, а именно занятия сексом с проституткой, не предохраняясь. Такое поведение, несомненно, смешано с заблуждением о реальности, глупостью и, как правило, страстным желанием.

Для примера созидательного действия, смешанного с заблуждением, можно привести мать двадцатичетырехлетнего сына, которая всегда старается делать для него добрые дела, например готовить вкусные блюда. Забота о своем сыне – это проявление любви, и это является созидательным поведением. Это созреет для нее в переживание счастья и благополучия. Однако она также готовит потому, что это придает ей ощущение полезности и значимости. Это проявление заблуждения. Двадцатичетырехлетний сын, вероятно, не очень хочет, чтобы у него спрашивали, как у ребенка, когда он не приходит домой к обеду: «Почему ты не пришел домой? Я приготовила для тебя такое вкусное блюдо. Ты так невнимателен». Ее приготовление пищи было связано с заблуждением, с цеплянием за: «Я, я, я. Я хочу быть полезной, я хочу чувствовать себя нужной». За ее созидательными действиями и доброй мотивацией лежит эгоистическое отношение. Какое бы счастье она ни обрела в результате своих добрых поступков, оно будет ненадежным, не продлится долго и не доставит удовлетворения. Кроме того, ее эгоистическая мотивация неизбежно принесет ей разочарование, несчастье и страдания.

Неопределенные, нейтральные действия, такие как чистка зубов, могут быть смешаны с заблуждением. Например, если мы почистим зубы, наше дыхание действительно станет свежим и мы будем хорошо выглядеть. Однако наше дыхание никогда не станет совершенно свежим, потому что очень скоро зубы снова станут грязными, а изо рта будет плохо пахнуть. Здесь есть заблуждение о реальности, определенный уровень глупости и сильная эгоцентрическая забота о своей внешности. Хотя чистка зубов не приведет ни к счастью, ни к несчастью, так как мы просто делаем то, что нужно сделать, мы также укрепляем наше пребывание в сансаре. Нам нужно будет регулярно чистить зубы до конца своей жизни. Не поймите этот момент превратно. Это не означает, что лучше всего было бы прекратить чистить зубы. Это означает только то, что нейтральные повторные действия по уходу за собственным сансарным телом – если эти действия смешаны с цеплянием за конкретное «я» – увековечивают для нас пребывание в сансаре со всеми его проблемами.

Созревание кармы и закон неизбежности

Нам нужно более четко понять, что в буддизме имеется в виду, когда говорится, что действия, смешанные с заблуждением, созреют в несчастье, сансарное счастье или нейтральное ощущение, не являющееся ни тем, ни другим. Этот принцип относится ко всем нашим обычным действиям, включая и сексуальное поведение.

В буддизме говорится о законе неизбежности кармы. Разрушительные действия определенно будут вызревать в страдания, пока мы не очистимся от кармических тенденций, которыми они создаются. И наоборот, если мы сейчас переживаем страдание, это переживание созрело из кармической тенденции, которая была создана нашими разрушительными действиями в прошлом. Это же верно в отношении обычного счастья и созидательных действий, смешанных с заблуждением.

Говоря об этом факте неизбежности, важно понять слово «созревать». «Созревать» в страдание означает не просто «иметь результатом» страдание. Ведь наши действия имеют много результатов, и большинство из них точно не известны. Например, когда мы совершаем действие, нам неизвестно, движемся ли мы к счастью или к несчастью. Предположим, мы наступили на таракана. Мы можем наступить на него и испытать огромное удовольствие, убив то, что мы считаем ужасным. Или, наступая на него, мы можем чувствовать страх и отвращение. Помогая кому-то выполнять трудную работу, мы можем чувствовать счастье или быть возмущены тяжестью работы.

Также неизвестно, что мы почувствуем сразу после действия. После секса с проституткой без предохранения, мы можем чувствовать счастье по поводу того, что мы занимались сексом, и страх, что мы могли заразиться СПИДом. Подарив кому-то деньги, мы можем сорадоваться счастью этого человека или чувствовать сожаление и несчастье по этому поводу. Результаты наших действий в краткосрочной перспективе также непредсказуемы. Если мы ограбили банк, нас может поймать полиция, но вожможно и такое, что нас никогда не поймют. Если мы работаем добросовестно, мы можем получить повышение по службе и чувствовать счастье, но также нас могут уволить, несмотря на нашу хорошую работу, и мы будем чувствовать несчастье. Все эти виды результатов непредсказуемы. Закон неизбежности кармы говорит не об этом.

Мы даже не всегда можем знать, принесет ли наше действие счастье или несчастье тому человеку, на которого оно направлено, ни во время действия, ни сразу после него, ни в краткосрочном периоде, ни в долгосрочной перспективе. Мы можем лгать кому-то по поводу его способностей, говоря, что он более компетентный, чем есть на самом деле. Это может сделать его счастливым и во время разговора с ним, и сразу после него. В краткосрочной и долгосрочной перспективе это может придать ему уверенность в себе и поможет добиться успеха. Однако вместо этого он может почувствовать себя плохо, потому что поймет, что мы просто пытаемся польстить ему и что мы говорим неправду. Даже если человек поверит нам, он может в результате переоценить свои способности и потерпеть неудачу в своей будущей работе. С другой стороны, если мы говорим ему правду, он может почувствовать депрессию и, страдая от недостатка уверенности в себе, быть неудачливым во всех начинаниях. Или он может почувствовать счастье, потому что мы были с ним честны, и вполне преуспеть, выполняя менее трудные жизненные задачи, и быть счастливым.

Итак, совершенно неизвестно, что произойдет, когда мы говорим о таких результатах наших действий. Вот почему мы говорим, что буддийская этика основана не просто на непричинении вреда другим. Ведь мы никогда не можем поручиться, как наши действия повлияют на них. Разумеется, мы стремимся не причинять вреда другим. Но, пока мы не станем буддами, мы никогда не сможем знать заранее, каким будет это влияние.

Итак, когда речь идет о том, что разрушительные действия «созреют» в страдания, мы говорим о сложном процессе, посредством которого наши способы действовать, говорить и думать создают определенные тенденции и привычки в нашем потоке ума, которые повлияют на наши будущие переживания. Например, если у нас есть внебрачные связи, мы создаем или укрепляем привычку чувствовать неудовлетворенность нашими сексуальными партнерами и все время ходить от одного к другому.

Быть неудовлетворенным и уставшим в сексуальной жизни – это несчастливое переживание, не так ли? И потом, если мы никогда не достигаем удовлетворения со своим супругом или супругой и все время несчастны в этих отношениях, то мы не найдем удовлетворения и в отношениях на стороне. Эти отношения тоже долго не продлятся, и мы будем продолжать искать кого-то другого. Более того, наш партнер тоже будет неверным. Почему он должн оставаться верным нам, если мы ему не верны? Итак, в долгосрочной перспективе здесь возникает множество последствий и множество проблем. Это определенно будет следствием разрушительных действий.

Мотивация и разрушительное поведение

Давайте рассмотрим разрушительное поведение более детально: что создает негативные привычки, из которых в долгосрочной перспективе появляются проблемы. Главный фактор при определении, является ли действие разрушительным, – это состояние ума, которым оно мотивировано. Разрушительные действия могут быть мотивированы страстным желанием, например одержимостью сексом, которая влечет за собой одно сексуальное приключение за другим. Они также могут быть мотивированы ненавистью или жестокостью, как в том случае, когда кто-то насилует женщин, потому что ненавидит женщин и хочет причинить им боль. Или разрушительное поведение может быть мотивировано глупостью – глупостью в отношении причины и следствия или в отношении реальности, как в вышеприведенном примере с занятием сексом с проституткой, не предохраняясь. Глупость часто бывает смешана со страстным желанием или с жестокостью.

Есть и другие принципиальные подходы, которые всегда сопровождают разрушительные действия. Это отсутствие здорового чувства собственного достоинства, когда мы не заботимся о том, как наше поведение отразится на нас или на других, например на нашей семье, духовных учителях, соотечественниках и так далее. Мы можем понять это из примера с президентом Клинтоном и его внебрачной связи, которая повлекла столь громкий скандал.

Другие тревожащие эмоции, такие как ревность, которые сопровождают эти разрушительные мотивации, также являются разрушительными, как и сами действия, которые ими вызваны. В целом мы можем сказать, что сансара, подневольный круговорот перерождений, является разрушительной.

Побуждающая и сопровождающая мотивация

В буддийском представлении, этика также разделяет мотивацию на побуждающую и сопровождающую. Побуждающая мотивация – эта та, которая вовлекает нас в действие. Сопровождающая мотивация появляется прямо во время действия. В случае с действиями, которые являются этически нейтральными – которые Будда не отнес ни к созидательным, ни к разрушительным, – именно сопровождающая, а не побуждающая мотивация определяет, будет ли действие созидательным или разрушительным. В случае с действиями, которые Будда отнес к созидательным или разрушительным, сопровождающая мотивация влияет на степень кармического результата.

Что касается занятия сексом со своим партнером, это действие само по себе является нейтральным. У нас может быть созидательная побуждающая мотивация заняться сексом. Возможно, мы хотим сделать своего партнера счастливым или хотим завести ребенка. Однако когда мы уже вступили в половой акт, если одержимость удовольствием и страстью, которая является сопровождающей мотивацией, возьмет верх, действие станет разрушительным, несмотря на то, что побуждающая мотивация была позитивной. Занятие любовью с одержимостью сексом создает негативную привычку, которая в долгосрочной перспективе принесет нам несчастье.

Сама побудительная мотивация также может быть разрушительной. Одержимость сексом может вовлечь нас в занятие сексом и одновременно быть сопровождающей мотивацией. Однако побуждающая мотивация может быть и нейтральной. Мы, возможно, захотим заняться сексом потому, что после секса нам легче заснуть. Но потом, когда мы начали заниматься любовью, нас переполняют страсть и одержимость. Половой акт опять становится разрушительным.

Одержимость страстным желанием и неправильное отношение

Так как для большинства людей тревожащей эмоцией, которая делает половой акт разрушительным, является страстное желание, давайте более подробно рассмотрим, что это за состояние ума. Страстное желание – это тревожащая эмоция, направленная на что-то, чем мы не владеем и чем очень хотим владеть, основанная на преувеличении положительных качеств этого объекта. Она может возникать в тех случаях, когда мы вообще не обладаем этим объектом и когда мы уже обладаем каким-то количеством и жадно хотим еще. Привязанность является схожим переживанием. Это тревожащая эмоция, которая направлена на то, что у нас уже есть, и которая, основываясь на преувеличении положительных качеств объекта, вызывает желание не расставаться с этим объектом.

Помимо преувеличения хороших качеств чего-либо, что может выражаться, например, в таком подходе: «Ты самый красивый и совершенный человек в мире», – страстное желание проецирует на объект качества, которыми он не обладает. В буддийской терминологии, страстное желание сопровождается «неправильным рассмотрением».

Примером неправильного отношения к сексуальному партнеру может являться рассмотрение чего-то нечистого как чистого. Невинной иллюстрацией такого примера является подход: «Это чашка моего любимого. Она чистая. Я с удовольствием выпью из нее. Если это чужая чашка – она грязная. Было бы отвратительно даже прикоснуться к ней губами». Если мы подумаем, то обнаружим, что между этими чашками нет различия. Они обе являются чьими-то чужими чашками, из которых уже отпил другой человек.

С вашего позволения я приведу более драматический пример. Нам может казаться прекрасным, когда во время поцелуя любимый человек просовывает свой язык к нам в рот, но если бы он плюнул нам в рот, – что почти то же самое – мы бы сочли это отвратительным. Засовывание языка в рот во время поцелуя – это пример и преувеличения качеств чего-либо, что делает это прекрасным сексуальным действием, и неправильного отношения к этому как к чему-то чистому или, по крайней мере, негрязному.

Другим примером неправильного рассмотрения является рассмотрение страдания как счастья. Например, если наш любимый трет нам руку, мы думаем, что это прекрасно. Но если он продолжает тереть то же самое место пять минут, это будет очень болезненным. Тем не менее, мы можем по-прежнему считать это счастьем и не просить нашего возлюбленного прекратить. Или, я уверен, что все мы пробовали обнимать кого-то лежа, и наша рука затекала под этим человеком. Становится очень некомфортно, но мы, тем не менее, продолжаем так лежать. Или мы обнимаем кого-то, пытаясь заснуть: нам очень некомфортно и мы не можем заснуть, но мы не желаем перестать обнимать его. Это «рассмотрение страданий как счастья» – пример неправильного отношения, которое сопровождает одержимость физическим контактом и сексуальностью объятий.

Биологическое желание против навязчивого желания

Здесь очень важно провести границу между навязчивым желанием и биологическим желанием. Это две довольно разные вещи. Это как с едой. Когда мы чувствуем биологический голод, удовлетворение нашего желания поесть не разрушительно. Мы можем делать это, не преувеличивая хороших качеств еды и без неправильного отношения к ней. Но если мы испытываем навязчивую страсть к какой-то конкретной пище, например к шоколаду, преувеличиваем его качества, считая шоколад самой прекрасной вещью в мире, и затем объедаемся им, то это разрушительно. Это приведет к множеству проблем: мы наберем избыточный вес и можем даже подорвать здоровье из-за переедания.

То же самое относится и к сексу. Нормальное биологическое желание, основанное на гормонах, отличается от навязчивой жажды. В буддизме не говорится, что удовлетворение биологического стремления без преувеличения его хороших качеств является разрушительным. Однако, как и в случае с едой, это часть сансары: это сопутствует человеческому телу и неизбежно вызовет проблемы на том или ином уровне. Даже если мы соблюдаем целибат, побуждение к сексу сохраняется. И если мы не соблюдаем целибат, мы никогда не будем иметь достаточно секса. Если даже мы займемся им один раз, нам никогда не хватит, как если мы поедим всего один раз. Нам хочется заняться им снова и снова. Что ж, такова сансара – подневольный круговорот ситуаций, в которых никогда не наступает удовлетворение. Это, очевидно, является формой страдания.

На самом деле, если мы посмотрим на тантрические обеты, касающиеся сексуального поведения, то главный среди них – это не рассматривать секс как путь к освобождению или просветлению. Это просто сансарное действие! Увлечение сексом на основании модной идеи, что если бы мы только могли достигнуть идеального оргазма, это бы решило все наши проблемы – это хороший пример того, как мы можем нарушить наши тантрические обеты. Подобный способ действия является полным заблуждением относительно реальности и закона причины и следствия. Даже если у нас нет тантрических обетов, нужно избегать такого приукрашивания секса, сделав это основной задачей для нас как для буддийских практикующих. Мы не выходим на улицы завоеванных городов и не насилуем там всех людей.

Историческое развитие понятия неправильного сексуального поведения

Если мы детально рассмотрим списки разных видов неправильного сексуального поведения в буддизме, мы увидим, что заниматься сексом больше пяти раз подряд считается разрушительным, потому что это вызвано навязчивым желанием. Это предполагает, что заниматься сексом четыре раза подряд – это не навязчиво. Кроме того, нет уточнения, имеется ли в виду четыре или пять раз подряд во время одной сексуальной встречи или четыре-пять дней подряд. В первом случае, а некоторые люди интерпретируют это таким образом, это предполагает очень странную идею о том, что является навязчивым. Точно так же, мастурбация или оральный секс являются разрушительными, потому что могут быть навязчивыми. Очевидно, одержимость сексом является сложным вопросом, и для точного определения могут понадобиться культурные критерии.

Чтобы понять этот вопрос, может быть полезным рассмотреть историческое развитие вопроса о разрушительном и неправильном сексуальном поведении в буддийской литературе. Такое исследование может дать нам ключ к тому, как адаптировать буддийскую сексуальную этику к нашему современному обществу. Многие буддисты на Западе хотели бы пересмотреть некоторые аспекты буддийской этики, чтобы она соответствовала современному складу ума. Но при попытке сделать это нам нужно быть очень осторожными. Нам следует делать это на основании понимания всего спектра буддийских учений об этике, того, как они развивались исторически и как адптировались к различным азиатским обществам, где распространялся буддизм.

Единственное, что определено в контексте неправильного сексуального поведения в ранней палийской и санскритской буддийский литературе Шри-Ланки и Индии, – это секс с неподходящим партнером. Основной акцент сделан на неподходящих женщинах. Сюда включены замужние или помолвленные женщины и женщины, которые находятся под защитой, то есть незамужние женщины, находящиеся под защитой своих родителей, или монахини, находящиеся под защитой своих обетов. Если мужчина совершал половой акт с женщиной, относящейся к одной из этих категорий, его мотивацией обычно было навязчивое желание. Хотя эта женщина не являлась подходящим партнером для секса, хотя бы на основании общественных стандартов того времени и культуры, мужчина настаивал на сексе с ней, потому что его желание было столь навязчивым. В тексте не упоминается о том, есть ли у этого мужчины партнерша и, каково желание той женщины, которая считалась неподходящей для сексуальных отношений.

В конце первого века нашей эры в Кашмире прошел четвертый буддийский собор. В то время территорией от северо-западной Индии до восточного Ирана правила Центрально-Азиатская династия. Представители буддийских регионов, находившихся на территории современного Афганистана, сообщили о некоторых персидских культурных обычаях на своей родине, которые, как им показалось, противоречат духу буддийской этики. Они чувствовали, что их точное упоминание нужно включить в буддийские тексты по этике, которые были уже составлены к тому времени. Начиная с этого момента, различные типы поведения, которые считались социально приемлемыми в некоторых неиндийских культурах, постепенно были добавлены в список разрушительных действий, например эвтаназия и инцест. Хотя многие из этих действий, должно быть, уже совершались в Индии, это никогда не обсуждалось открыто. Однако новость о том, что они встречаются в иностранных культурах, стала причиной для отдельного упоминания их в буддийских текстах, без угрозы «потери лица».

Итак, что касается немудрого сексуального поведения, уже существовавший список неподходящих партнеров был дополнен запретом на секс с собственными матерью и дочерью. Постепенно и другие формы сексуального поведения стали описываться как неуместные. Например, определенные отверстия тела, такие как рот и анус, были включены в список как неподходящие для сексуального сношения даже со своей собственной женой. Обоснованием этого является отсутствие сомнений в том, что секс с использованием неподходящих отверстий мотивирован навязчивым желанием. Из-за неудовлетворенности вагинальным сексом с собственной женой человек может превратиться в сексуального исследователя и искателя приключений и чувствовать, что он должен попробовать каждую позу и каждое отверстие, чтобы добиться большего удовольствия.

Также было добавлено неподходящее для секса время, то есть период беременности или кормления. Матери всегда спят вместе со своими младенцами, поэтому было бы неуместным отрывать их от своих детей, чтобы заняться с ними сексом. Были добавлены и неподходящие для секса места, такие как храм, и неподходящее время суток, например день, когда кто-то может войти в вашу комнату, что вызовет всеобщее смущение. Даже в наше время среди тибетцев вряд ли кто-то запирает дверь, находясь в комнате, и тибетцы никогда не стучат перед тем, как войти. Гомосексуализм и мастурбация также вскоре дополнили список неправильного сексуального поведения.

Когда буддийские тексты переводились на китайский язык, в список неподходящих партнеров для секса были добавлены чужие наложницы. Это простой пример того, как переводчики и учителя изменяли тексты по этике, чтобы они соответствовали новому обществу, в котором распространялся буддизм. Традиционный китайский общественный уклад позволял мужчинам иметь несколько жен и наложниц. Это не считалось неправильным. Только занятие сексом с наложницей другого мужчины считалось неуместным. В Тибете также были широко распространены полигамия и полиандрия. Наличие нескольких жен или нескольких мужей никогда не рассматривалось как секс с неподходящими партнерами.

Итак, с течением времени в список того, что считалось неуместным, добавляли все больше и больше деталей. Сегодня многим из нас хотелось бы убрать некоторые пункты из этого списка, но по ходу истории список фактически становился длиннее. Так или иначе, важным здесь является вопрос, является ли расширение списка культурно обусловленным и изначально некоторые упомянутые действия не считались неуместными, или же они всегда считались неуместными, но просто не были прямо упомянуты. Также возможно, что эти дополнения были внесены в связи с возникновением конкретных трудностей в буддийском сообществе. Заканчивая, отметим, что подобным образом Будда постепенно расширял монашеские обеты.

Неправильное сексуальное поведение у женщин

Если мы зададимся вопросом, какие поправки в список видов неправильного сексуального поведения в дальнейшем могут понадобиться, учитывая особенности современного западного общества, мы можем почерпнуть еще один урок из истории буддийских текстов. В соответствии с текстами Винайи по монашеской дисциплине, монахам запрещается помогать устраивать брак с определенным типом женщин. Список этих женщин соответствует списку неподходящих половых партнеров для мирян. Среди текстов Винайи пяти из восемнадцати школ хинаяны, которые я исследовал, два списка составлены исключительно с позиции мужчины и содержат предписания только в отношении неподходящих женщин. Это тексты Винайи двух из трех существующих сегодня традиций хинаяны – тхеравады (ей следуют на Шри-Ланке и в Юго-Восточной Азии) и сарвастивады (ее ветвь, муласарвастивада – традиция, которой следуют тибетцы и монголы).

Эта недомолвка не означает, что, в соответствии с этими двумя традициями, существуют неподходящие женщины для мужчин, но нет правил о неподходящих мужчинах для женщин. Просто этические своды в этих двух традициях были написаны только с точки зрения мужчины. Однако в трех других традициях Винайи содержатся списки неподходящих мужчин, совпадающие со списками неподходящих женщин. Это предполагает, что сексуальная этика применима к любому человеку, будь то женщина или мужчина, и нуждается в уточнении для каждого возможного случая. Опираясь на анализ текстов, я верю, что было бы совершенно разумно добавлять к любому списку неподходящих партнеров для секса часть, касающуюся неподходящих партнеров для женщин.

Гомосексуальность

Опять же, если пользоваться схожей системой аргументации, тексты этих традиций были написаны с позиции гетеросексуального мужчины. То есть если у гетеросексуального мужчины уже есть партнер, и мужчина в этой ситуации, руководимый навязчивым желанием и неудовлетворенностью, начинает экспериментировать и занимается сексом не только со всеми типами женщин, которые находятся под защитой или которые являются партнерами другого мужчины, но также с мужчинами и коровами, и кто знает, с кем еще, тогда это, очевидно, разрушительно. Кроме этого, я думаю, что мы также можем по-другому посмотреть на систему в целом, говоря о том, что было бы разрушительным и созидательным сексуальным поведением для гомосексуального мужчины или женщины, а также для бисексуалов. Потому что занятие сексом с чужим партнером было бы также разрушительным и для этих людей. Похоже, что в духе буддийских учений было бы сделать вывод, что любое этическое предписание нужно формулировать для каждой из возможных групп, к которой оно может относиться.

Довольно любопытно, что во время своих путешествий Его Святейшество Далай-лама иногда встречался с гомосексуальными группами, в частности, в Сан-Франциско и Нью-Йорке. Эти люди были чрезвычайно огорчены тем, что с точки зрения классических буддийских представлений гомосексуальность считается неправильным сексуальным поведением. Его Святейшество ответил, что он не может по своей воле переписать тексты, но он думает, что этот вопрос нуждается в обсуждении на собрании буддийских старейшин. Только на таком собрании возможно внесение поправок, касающихся Винайи и этики. Его Святейшество порекомендовал ту же процедуру для рассмотрения вопроса о равенстве мужчин и женщин, особенно в отношении монашеских ритуалов и церемоний. Это также нуждается в пересмотре. То есть, вероятно, Его Святейшество думает, что в традиционном буддийском подходе к сексуальной этике может быть что-то неоднозначное, могут быть открытые вопросы.

Неподходящие для секса отверстия

Включение в список рта и ануса как неподходящих отверстий для сексуального сношения было, без сомнений, также сделано в отношении гетеросексуальных мужчин, у которых уже есть женщина-партнер. С буддийской точки зрения такие люди могут предаваться оральному и анальному сексу из-за скуки и неудовлетворенности вагинальным сексом. Они могут чувствовать, что вагинальный секс является неудовлетворительным способом как для получения удовольствия, так и для выражения любви и влечения. В обоих случаях этот поступок был бы мотивирован неудовлетворенностью, подходом, который неминуемо приносит проблемы.

Однако этот момент становится более сложным, если мы рассмотрим эти формы сексуального поведения в контексте гомосексуальных пар. Вопрос в том, являются ли эти отверстия неподходящими по природе или просто считаются неподходящими для определенных людей в определенных ситуациях? Если мы говорим, что проблема со ртом и анусом состоит в том, что они нечистые, этот подход можно так же применить и к влагалищу. Это не простой вопрос.

А как заниматься сексом тем, кто парализован ниже шеи? Единственной формой сексуального поведения для них является оральная. Опять же, я думаю, что нам нужно различать, что является уместным и неуместным для каждой группы людей. Я не думаю, что можно называть навязчивым желание заниматься оральным сексом, если речь идет о человеке, парализованном ниже шеи.

Мастурбация

Я думаю, что подобный аргумент можно привести и в случае с мастурбацией. Следует посмотреть на традиционную буддийскую позицию в ее исходном социальном контексте. В то время, когда эти этические позиции были сформулированы в Древней Индии, люди вступали в брак в период начала полового созревания или даже раньше. То есть если мы состоим в браке и так одержимы сексом, что нам не хватает секса с нашим партнером и нам нужно еще и мастурбировать, это можно считать одержимостью сексом.

Однако сегодня западные люди не вступают в брак в начале полового созревания, и некоторые люди остаются холостыми вплоть до зрелого возраста или даже всю жизнь. Нам нужно обдумать вопрос о мастурбации с точки зрения тех людей, у которых вообще нет партнеров или которые не состоят ни с кем в стабильных сексуальных отношениях. Если человек выбирает между случайными связями, походами к проституткам и полным воздержанием, то в его случае мастурбация – это нечто другое, чем в случае с человеком, состоящим в браке. Это же верно и для человека, чей супруг сильно болен и находится несколько месяцев в больнице. Что ему следует делать? Идти к проститутке? Нет.

Итак, я считаю, что рассмотрение вещей в соответствии с их контекстом вполне согласуется с буддийскими учениями. Ведь, как мы помним, этически нейтральное сансарное действие, например занятие сексом, является разрушительным, если оно мотивировано тревожащей эмоцией – неудовлетворенностью, одержимостью сексом и так далее. Вот что становится причиной проблем. Сексуальное поведение, не смешанное с навязчивыми тревожащими эмоциями не станет причиной такого рода проблем. Оно обусловливает лишь ту общую проблему, что этим мы никогда не достигаем полного удовлетворения, но, без сомнений, захотим повторить это снова – и снова, и снова. И мы никогда не можем поручиться за то, как мы будем чувствовать себя после полового акта.

Проституция

Один из самых интересных моментов в отношении традиционных буддийских представлений о неправильном сексуальном поведении обнаруживается, когда мы пытаемся выяснить, каким образом это может быть видоизменено для современного Запада, как может повлиять на это культурный контекст. Посмотрите, например, на дискуссию о сексе с проституткой. И в индийских, и в тибетских текстах говорится, что занятие сексом с проституткой – это совершенно нормально даже для женатого мужчины при условии, что он ее оплачивает. Проститутка является неподходящим партнером, только если она чужая, и вы не оплатили ее для себя. Еще более запутанным является положение о том, что если родители не дают дочери своего согласия заняться с кем-то сексом, то она является неподходящим партнером для секса. Но про случай, когда родители дают разрешение, как иногда случается в странах Азии, где бедные родители отдают своих дочерей заниматься проституцией, – про это не сказано ни слова.

Кроме того, как упоминалось раньше, китайские переводчики добавляли в список неподходящих партнеров чужую наложницу. Это предполагает, что женатому человеку совершенно нормально заниматься сексом со своими наложницами. Для тибетцев тоже вполне приемлимо иметь более чем одну жену или более чем одного мужа. Действительно, кажется совершенно нормальным, если женатый человек занимается сексом с любой женщиной, которая не подпадает ни под одну из категорий неподходящих партнеров, например, с независимой незамужней женщиной, которая не беременная и не является монахиней.

Нам трудно понять, какому способу мышления это соответствует. Или все это было совершенно приемлемо в данных обществах, и все женщины прекрасно себя чувствовали, когда их мужья занимались сексом с другими женщинами, или замужним женщинам это не нравилось, но они держали рты на замке. Но это, определенно, не подходит для современного мира. Странно, но получается, что список неправильных видов сексуального поведения снова нуждается в расширении, а не в сужении, чтобы включить все эти разнообразные формы сексуальных взаимоотношений, которые вызывают проблемы, являются разрушительными и основаными на одержимости.

Сексуальная неудовлетворенность и желание разнообразия

Следует отметить, что тематика неправильного сексуального поведения шире, чем неправильное отношение и заблуждение, например, как мы рассматриваем определенные отверстия тела. Есть кое-что еще, и это касается неудовлетворенности и состояния крайней алчности. Мы хотим исследовать и получать все больше и больше опыта. Большинство людей знают, что анус – это нечистое отверстие и занятие сексом с его помощью может быть опасным с медицинской точки зрения. Итак, важным вопросом является одержимость: неудовлетворенность и одержимость. Из-за этого, я думаю, нам нужно расширить перечень неправильного сексуального поведения, включив в него такие вещи как увлечение рискованной сексуальной активностью, когда мы можем заразиться сами или заразить кого-то болезнью, передающейся половым путем, и так далее.

Опять же, когда мы говорим о сексе и неудовлетворенности, нам нужно помнить о культурном контексте. Если мы посмотрим, например, на обычных индийцев или тибетцев, то обнаружим, что большинство из них совершенно удовлетворены тем, что они едят одно и то же каждый день на протяжении всей своей жизни, например рис и дхал (чечевицу) или суп-лапшу. Современные западные люди не настроены подобным образом. Западные люди любят быть особенными, и им нравится разнообразие. Это часть нашей культуры. То же самое происходит и с сексуальностью: то же, что и с пищей. Если в нашем обществе является обычным делом есть одно и то же каждый день, то когда мы захотим поесть чего-то еще, это будет рассматриваться как случай чрезмерной алчности и одержимости пищей. Понятно, что в таком обществе был бы подобный подход и к сексу.

Я имею в виду, что мы, вероятно, имеем определенную взаимную договоренность с нашим партнером по поводу сексуального поведения. Конечно, мы можем расширить ее, принимая во внимание относительность, которую мы рассмотрели выше. У нас есть один способ занятия сексом с нашим партнером, будь то партнер другого пола или одного с нами пола, и в том случае, если мы или наш партнер парализованы, и даже если у нас нет партнера и нашей формой сексуального поведения является мастурбация. Если у нас есть один предпочитаемый стандартный способ занятия сексом, то с точки зрения традиционной азиатской культуры желание иметь что-то другое может быть следствием алчности и одержимости сексом.

Конечно, если эта предпочитаемая форма секса приносит много боли и вреда другому человеку или нам, если это садо-мазохистский способ – в текстах говорится о сексе на холодной влажной земле с камнями под телом, но на Западе мы более изобретательны в садо-мазохизме, – это, конечно, не является здоровой формой секса. Это разрушительно. Но даже если выбранная нами форма полового акта не столь болезненна, опять же, нам, западным людям, хочется иметь некое разнообразие в нашей интимной жизни. Это не обязательно означает разнообразие партнеров, но разнообразие способов выразить нашу любовь и влечение и испытать удовольствие с другим человеком. Поэтому, мне кажется, нам нужно принять это во внимание, говоря о том, что является разрушительным с западной точки зрения. Я думаю, нам нужно провести различие между нормальным для нашей культуры желанием разнообразия, с одной стороны, и состоянием одержимости, попытками перепробовать все подряд из-за нашей неудовлетворенности и скуки, с другой стороны.

Хотя сексуальный репертуар нужно устанавливать на основе взаимности в отношениях между двумя людьми, мы можем задаться вопросом: «Каковы пределы?» Может ли репертуар включать секс с использованием так называемых «неподходящих отверстий»? Но в любом случае, каковыми ни были бы эти пределы, когда мы становимся совершенно неудовлетворенными и одержимыми и выходим за их рамки, то мы попадаем в проблемную ситуацию, наше сексуальное поведение оказывается разрушительным. Это мое личное мнение.

Наставления Тик Нат Хана по поводу неправильного сексуального поведения

Тик Нат Хан, современный вьетнамский буддийский мастер, дал очень интересные и, как мне кажется, полезные в наше время наставления по буддийской сексуальной этике. Принимая во внимание то, что наши родители не устраивают наш брак, – как это по-прежнему происходит в большинстве случаев в Азии – а мы сами выбираем себе партнеров для брака и что большинство из нас занимаются сексом до брака, он сказал, что неподходящим партнером является тот, с которым мы не были бы готовы провести всю оставшуюся жизнь, если бы в этом возникла необходимость. Другими словами, если мы собираемся заняться сексом с кем-то, то это должен быть такой человек, с которым, если понадобится, мы готовы провести остаток своей жизни, например, в случае беременности и так далее. И мы должны быть счастливы, поступая так, а не делать это из чувства долга. Это не означает, что нам придется провести остаток жизни с этим человеком. Пример с беременностью – это просто пример, потому что, очевидно, есть пожилые люди, которые уже не могут иметь детей, но вступают в сексуальные отношения с партнерами. Это же правило применимо и для них.

Хотя я не знаю, на каком текстуальном источнике это основано, я думаю, что это очень полезное для нашего времени наставление. Оно означает, что нам нужно избегать заниматься сексом с первым попавшимся человеком, исходя из нашей одержимости сексом и без настоящей заботы о другом человеке или без намерения иметь с ним серьезные отношения. В большинстве случаев, это наставление касается занятия сексом с проституткой. Хотя, конечно, может быть случай построения серьезных отношений, основанных на любви, и с проституткой.

Не переоценивать секс

Очень важно не переоценивать секс. Предположим, наша мотивация заключается в том, чтобы, выразив таким образом свою любовь, принести кому-то временное счастье и удовольствие, и не только другому человеку, но и самому себе. Тогда, если мы не будем наивно отрицать неудобства, которые сопровождают секс и реальность того, что находится внутри любого тела, другими словами, если мы будем реалистично смотреть на ограничения, тогда, опять же, если мы не выходим за взаимно установленные с этим человеком границы, то, как я лично думаю, это не является сильно разрушительным действием, разве что оно укрепляет наше сансарическое существование. Фактически, такие здоровые сексуальные отношения могут быть нужной ступенью в развитии человека, в частности, в развитии внимательного и щедрого отношения, выражения любви и заботы.

Даже в отношении мастурбации многие западные психологи говорят, что это является частью здорового развития ребенка. Входя в контакт со своей сексуальностью, подросток может проявлять любовь к самому себе или к самой себе, расслабляясь и наслаждаясь ей, что может помочь этому человеку наслаждаться и быть способным к более здоровым сексуальным отношениям с другими. Конечно, это является западной точкой зрения, но, я думаю, что в этом есть определенный здравый смысл, особенно когда мы говорим о нашем подходе к воспитанию детей. У западных детей, в отличие от детей традиционной азиатской культуры, почти отсутствует опыт постоянного физического контакта. В Азии матери носят своих детей привязанными за спиной в течение всего дня и спят с ними ночью. Западных детей обычно оставляют или в кроватках, или в колясках, поэтому многие из нас чувствуют себя отчужденными от своих тел. В этом случае мастурбация является допустимой мерой для преодоления этой отчужденности. Но, опять же, очень важно не преувеличивать значимость сексуальной сферы.

Страх секса

Теперь можно задаться вопросом: что если мы навязчиво противодействуем сексу? Другими словами, что если кто-то боится секса или безразличен к нему? Я полагаю, что такой подход также является нездоровым. Он также создает проблемы.

Но нам нужно провести здесь границу. Страх убивать и страх заниматься сексом – это не одно и то же. Если, например, кто-то боится убивать, это не означает, что для этого человека здоровым было бы убивать. То есть, я думаю, нам нужно делать различие между навязчивым страхом биологического желания секса и страхом стать одержимым сексом. Я думаю, что нездоровым является страх биологического побуждения.

Это важный момент для людей, которые решают принять обеты полного целомудрия, став монахом или монахиней. Если мы отказываемся от секса на том основании, что любой вид секса разрушителен, и мы совершенно напуганы этим, то такой подход, без сомнений, создаст множество проблем. Я думаю, мы можем наблюдать подобное. Очень часто такой подход среди монахов и монахинь не только в буддийской, но также и в христианской традиции, делает их очень, очень тревожными, наполненными чувством вины и так далее. Они чувствуют себя виноватыми за свои биологически обусловленные сексуальные желания.

Но с буддийской точки зрения, более уместен страх стать одержимым сексом. «Страх» здесь не совсем подходящее слово. Страх – это не самая здоровая мотивация, так как он предполагает отношение к навязчивому желанию как к чему-то большому и реальному. «Опасение» – это более хорошее слово, потому что оно означает скорее сильное желание не иметь такого навязчивого желания. Если кто-то хочет преодолеть эту одержимость сексом и поэтому решает стать монахом или монахиней – это другое дело. Это здоровый подход. Такие люди становятся монахами или монахинями, потому что они не хотят быть обремененными семейными обязательствами и так далее, и они ищут ситуации, где их сексуальное желание будет минимизировано. Они не хотят, чтобы окружающие обстоятельства приводили их к сексуальному возбуждению.

Аборт

Последний момент, о котором я хотел бы рассказать, касается секса с точки зрения контроля над рождаемостью и абортов. С буддийской точки зрения аборты подпадают под категорию разрушительного действия отнятия жизни. Это неоспоримо, так как аборт прекращает жизнь другого существа. Однако мотивация при отнятии этой жизни может быть различной. Если мотивация эгоистична, например, нежелание брать на себя обязанность по уходу за ребенком или страх терять фигуру, или что-то подобное, это делает убийство очень разрушительным. Это связано с тем, что и мотивация, и само действие являются разрушительными.

Итак, в данном случае нам действительно необходимо учитывать побуждающую мотивацию. Какая причина могла бы мотивировать нас сделать аборт? Нашей мотивацией может быть глупость – мысли о том, что мы не можем дать ребенку хороший дом или что мы пока не можем позволить себе еще одного ребенка. Но, возможно, наши родители или родственники могут предоставить ребенку хороший дом, или мы могли бы отдать ребенка на усыновление.

С другой стороны, наша мотивация может быть позитивной и исходить из сострадания. Если ребенок будет сильно уродливым или умственно неполноценным, мы можем пожелать этому ребенку избежать проблем и страданий, которые он будет испытывать, и подумать об аборте. Наконец, существует вторичный обет бодхисаттвы не избегать разрушительного действия, если мотивацией являются любовь и сострадание. Однако в таких случаях нам нужно быть полностью готовым взять на себя любые страдания, которые мы можем испытать в будущих жизнях, избавив неродившегося ребенка от его страданий. При таком подходе, страдания, которые возникнут вследствие разрушительного действия отнятия жизни, будут менее тяжелыми.

Однако ситуация становится сложной, если мы не знаем, будет ли ребенок счастливым или нет, если мы не знаем, в какой степени ребенок сможет преодолеть свою неполноценность. Кроме того, очень трудно исходить только лишь из мотивации любви и сострадания. Она может очень легко быть смешана с эгоистическим желанием избежать всех проблем и страданий, которые будут у нас как у родителя такого неполноценного ребенка.

Другая трудная ситуация – это когда беременной женщине приходится выбирать между спасением собственной жизни и жизни эмбриона. Если протекание беременности или даже сам процесс родов, с медицинской точки зрения, станет результатом нашей смерти, как матери, тогда нашей побуждающей мотивацией сделать аборт будет спасение собственной жизни. Хотя, по определению, такая мотивация является скорее заботой о себе, чем заботой о неродившемся ребенке, случаи могут немного различаться. На принятие решения и тяжесть кармических последствий влияют много факторов и обстоятельств.

Хотя здесь может быть вовлечено много побуждающих мотиваций, в буддийских учениях сказано, что тяжесть кармических последствий, в действительности, зависит от нашей сопутствующей мотивации. Поэтому, если мы по той или иной причине решили сделать аборт, нам нужно быть по-настоящему осторожными в отношении того, что происходит в нашем уме и сердце прямо в момент начала операции. Это более решающий фактор, чем то, что мотивировало нас прийти в клинику.

Рассмотрим, например, случай тринадцатилетней девочки, которая забеременела в результате совращения со стороны собственного отца. Девочка и ее семья могут принять решение прервать беременность по многим причинам. Я пытаюсь здесь сделать акцент на отношении семьи, и особенно девочки, во время операции. Очень важно, чтобы это не было отношением ненависти и жестокости, особенно в отношении ребенка, жизнь которого будет прервана. Ребенок тут не виноват.

Поэтому во время операции очень важно иметь любящие мысли по отношению к этому ребенку. Нужно пожелать ему блага в будущей жизни и искренне извиниться за произошедшую ситуацию. Это не делает аборт созидательным действием. Убийство – это убийство. Но это определенно минимизирует страдания, которые последуют в результате. По меньшей мере, я думаю, для женщины почти невозможно сделать аборт, а потом в течение дальнейшей жизни не мучиться вопросом: «Каким был бы этот ребенок? Если бы ребенок остался жив, он был бы сейчас таким-то и таким-то в этом возрасте». Я думаю, что почти каждая женщина, которая сделала аборт, конечно, испытывала этот вид страданий. Итак, даже в рамках этой жизни мы можем видеть, что аборт является разрушительным действием, которое вызывает страдания. Наконец, по определению, разрушительное действие – это такое действие, которое созреет в страдание для человека, который его совершил.

В некоторых буддийских традициях проводятся ритуалы для эмбрионов, убитых в результате аборта, это напоминает похороны. Это чрезвычайно полезно для матери, для остальных членов семьи и особенно для неродившегося ребенка. Это делается на основании уважения к нему как к живому существу. Ему дают имя и провожают с молитвами о его благополучии в следующих жизнях. Женщины, которые делают это, считают это очень излечивающим, очень полезным.

Контроль над рождаемостью

Тема абортов связана с темой контроля над рождаемостью. Важным является вопрос: «Когда начинается жизнь?» В западной науке считается, что эмбрион достаточно развился и может воспринимать информацию с помощью нервной системы только после достижения возраста двадцати одного дня. Это можно привести в качестве аргумента того, что именно в этот момент начинается жизнь, потому как это является началом умственной деятельности. С другой стороны, с буддийской точки зрения, когда тонкий аспект ума после смерти существа прошел через промежуточное состояние (бардо), его следующая жизнь начинается с момента его соединения с физической основой следующего тела.

Возникает вопрос: «Когда происходит это соединение в буддийской интерпретации?» Классическое буддийское объяснение состоит в том, что сознание существа бардо, получающего перерождение, входит в рот его будущего отца, проходит через его тело, проникает в его сперму и вместе с ней входит в тело будущей матери. Отметим, что это явно нуждается в исследовании. Это объяснение приводится в Гухьясамаджа тантре в том контексте, что процесс построения мандалы божеств в лоне визуализируемой супруги соответствует процессу перерождения. Однако должно ли это описание пониматься буквально как объяснение того, каким образом начинается жизнь?

Как неоднократно говорил Его Святейшество Далай-лама, если ученые смогут опровергнуть определенные объяснения, приводящиеся в буддизме, он будет счастлив отбросить их и принять научное объяснение. Итак, нам нужно исследовать, какова логика классического буддийского понимания того, как и когда начинается жизнь. Из того, как мы ответим на эти вопросы, последуют далеко идущие этические выводы. Очевидно, что если сознание будущего ребенка уже содержится в сперме до зачатия, то любая форма контроля над рождаемостью является абортом. Но как насчет факта, что яйцеклетка может быть не оплодотворена? И даже если она оплодотворяется, она может не попасть в маточную стенку. Может ли сознание до того, как оно входит в отцовский рот, как-то знать, что произойдет? Или существует некий кармический механизм, благодаря которому оно не войдет в рот к отцу, если не будет точной кармической определенности, что зачатие произойдет успешно? А как насчет искусственного оплодотворения, детей из пробирки и клонирования? Эти явления уже трудно объяснить с помощью буддийской теории, если мы не причислим их к категории рождения из тепла и влаги.

Чем больше мы исследуем, когда именно появляется жизнь, тем сложнее это становится. В соответствии с буддийским объяснением двенадцати звеньев взаимозависимого происхождения, когда сознание будущего существа входит в физическую основу своего будущего тела, оно обладает только потенциалом для умственной деятельности. Эта деятельность еще не происходит. Только на следующей ступени, ступени потенциальных умственных факторов мира форм и мира без форм, потенциал сознания активизируется и начинает функционировать. Означает ли это, что все оплодотворенные яйцеклетки обладают возможностью развиться в ребенка или только часть из них? Если только часть, то, с научной точки зрения, важно понять, какие механизмы необходимы для того, чтобы отличать те яйцеклетки, у которых есть потенциал для развития, от тех, у которых его нет, например, которые не попадут в маточную стенку.

Итак, мы видим, что очень трудно ответить на вопрос: «Когда сознание на самом деле входит в физическую основу следующего перерождения, то есть в какой момент прерывание процесса перерождения будет отнятием жизни?» Опять же, если контрацептивы действуют так, что это предотвращает вход сознания в физическую субстанцию следующего перерождения, то с буддийской точки зрения это не будет отнятием жизни. Это с этической точки зрения не будет убийством. В этом случае достаточно следить за правильностью сексуального поведения.

Опять же, говоря о неправильном сексуальном поведении, нужно избегать возможности передачи или заражения венерическим заболеванием. Означает ли это, что все люди, больные этими болезнями, должны воздерживаться от секса всю оставшуюся жизнь, даже люди, больные герпесом? Если бы использование презервативов было неэтичным даже для таких людей, то единственной альтернативой для них было бы сексуальное воздержание.

Как сказал Его Святейшество Далай-лама, эти вопросы об абортах и контрацепции непременно нуждаются в дальнейшем исследовании, и без этого они не будут решены по-настоящему. Итак, используем ли мы контрацептивы или нет, нам нужно снова вернуться к вопросу: какова наша мотивация? Мы используем контрацептивы, потому что таким образом получаем возможность потворствовать нашей одержимости сексом? Тогда, конечно, наше сексуальное поведение является разрушительным. Но в этом случае оно является разрушительным из-за одержимости, а не из-за контрацепции.

Подведение итогов

Вкратце, самым важным в вопросе о сексуальности с точки зрения буддизма является наш подход и наша мотивация, и то, какой подход и какая мотивация являются разрушительными, приносящими проблемы. Если мы хотим избежать проблем, нам нужно избегать разрушительных подходов.

Как я уже говорил, я думаю, что в этом отношении очень сильно может помочь реалистичный подход к сексу, когда мы не делаем из него большого дела. Заниматься сексом – это не то же самое, что просто поесть. В этом есть нечто большее, чем просто биологическая потребность. Это хороший способ продемонстрировать влечение, любовь, заботу, комфорт и так далее. Но опять же, если мы думаем, что занятие хорошим сексом может решить чьи-либо проблемы, – это глупо. С другой стороны, думать, что в этом есть что-то изначально «плохое», – это тоже глупо. Просто будьте реалистичными. Какие у вас есть вопросы?

Запрет на аборты

Вопрос: Здесь, в Мексике, аборты запрещены законом. Однако тысячи и тысячи абортов происходят ежедневно, и несколько десятков тысяч женщин умирают ежегодно из-за небрежности во время аборта. То есть здесь аборт – это не просто вопрос этики, это еще и вопрос права. Как нам к этому относиться?

Берзин: Как я пытался объяснить, с буддийской точки зрения, если кто-либо принимает решение сделать аборт по любой причине, главный момент – это постараться минимизировать уровень разрушительности этого действия в целом, работая с мотивацией. Например, постарайтесь удостовериться, что сопутствующей мотивацией во время операции не является жестокость к зародышу, а после операции дайте ему имя и проведите достойные похороны. Это поможет минимизировать страдание, вызванное этим отнятием жизни.

Тот же принцип верен и в отношении того, как производится аборт, если мы решили его сделать. Очевидно, нам нужно постараться сделать это с минимальным риском для матери как с точки зрения медицины, так и с точки зрения закона. Нам нужно очень тщательно исследовать, какой вариант является самым безопасным с медицинской точки зрения среди тех, что соответствуют нашему бюджету. Конечно, в случае крайней бедности методы генетики могут быть недоступны, но, разумеется, одни методы безопаснее других.

Юридическая легальность – это другое дело, и оно довольно сложное. Нам нужно различать разрушительность самого действия аборта и разрушительность нарушения законодательства страны. Здесь следует рассмотреть два случая: первый – это когда противозаконное действие является разрушительным с буддийской точки зрения, второй – это когда противозаконное действие является созидательным или же этически нейтральным. Аборт одновременно является нелегальным и этически разрушительным, в то время как обучение буддизму при коммунистической диктатуре или парковка нашей машины в неположенном месте могут быть нелегальными, но не являться этически разрушительными действиями. В обоих случаях вопрос в том, создаем ли мы, нарушая государственное законодательство, негативные тенденции и привычки в потоке нашего ума, которые созреют в страдание в будущих жизнях?

Нарушение законодательства может принести нам страдание в этой жизни, если нас поймают, арестуют и накажут. Это называется «искусственным результатом». Но нас могут не поймать, так что нет гарантий, что у нас будут какие-либо проблемы с законом и на нас наложат санкции. Опять же, как и в случае любого действия, это может создать привычку, которая вызовет повторное нарушение конкретного закона, хотя в этом нет уверенности. Мы можем нарушить закон только один раз. Так или иначе, нарушение законодательства не создает такую тенденцию и привычку, которая созревает в переживание несчастья в следующих жизнях.

Если нелегальное действие является этически созидательным, то нетрудно выбрать между возможным наказанием в этой жизни и счастливым переживанием в будущих жизнях. В случае с этически нейтральными действиями мы можем подумать, что вторичный обет бодхисаттвы состоит в том, чтобы избегать несогласия с предпочтениями других, если они не являются разрушительными. Если в обществе принято действовать определенным образом, нет необходимости вызывать разлад, настаивая на том, чтобы делать это нашим личным способом, особенно если наш способ мотивирован эгоистическим интересом и не принимает во внимание других.

Итак, в случае с абортом, который является не только разрушительным действием отнятия жизни, но и запрещен законом в этой стране, опять же, я думаю, что правильным, в первую очередь, является избегать глупости, а также стараться минимизировать будущие страдания. Решение делать аборт или нет, по сути, принимает беременная женщина, хотя отец и вся семья могут играть роль в принятии решения. Если решением является аборт, то, не забывая о возможных юридических последствиях, постарайтесь сделать это так, чтобы риски пережить несчастье и страдание были минимизированы во всех сферах: медицинской, правовой и этической.

Кроме того, разумеется, если мы хотим, мы можем работать над изменением законов, если они кажутся неразумными. Однако если на право влияет другая религиозная система – это очень деликатный вопрос.

Целомудрие

Вопрос: Каково ваше личное мнение о монашеских обетах безбрачия? Не идет ли сохранение целомудрия против природы? Не следует ли нам, как обществу, отказаться от этого?

Берзин: Целомудрие определенно идет против сансары. Но, что касается противоречия природе, нам нужно поближе рассмотреть, что с точки зрения буддизма является «природой». Биологические побуждения, которые мы на Западе называем «природными» («естественными») являются с буддийской точки зрения элементом механизма сансары. В буддизме мы занимаемся тем, что преодолеваем контроль со стороны этих инстинктивных побуждений, которые делают крепче страдания и проблемы нашего подневольного круговорота существования в сансаре. На пути обретения освобождения от этих биологических побуждений мы хотим становиться менее и менее зависимыми от них, не находится под их властью. Несмотря на наши биологические побуждения, мы сохраняем способность помогать другим, покуда эти биологические побуждения не управляют нами.

Многие западные люди не считают священным Бога, но вместо этого считают священной Природу. Это подразумевает отношение к биологии как к священной. Они думают, что все природное автоматически является хорошим. Буддизм, напротив, сомневается в том, что происходит от природы, ведь многие тревожащие эмоции и подходы возникают автоматически, давая нам импульс действовать разрушительно. Нам нужно внимательно разбираться.

Обычно те, кто становится монахами или монахинями, являются либо людьми со слабым побуждением к сексу, так что воздержание не является для них трудным, либо людьми, одержимыми сексом, которые хотят преодолеть страдания, которые приносит им их одержимость. Но даже в последнем случае они хотят не просто подавить свои биологические побуждения, например к сексу. При попытке сделать это остается опасность, что в какой-то момент человек сорвется и станет диким. Цель монашества – это работа с привязанностью и страстным желанием, которые делают побуждения к сексу непреодолимыми и навязчивыми. Кроме того, с помощью тантрических методов трансформации тонких энергий можно преобразовать эту сексуальную энергию и направить ее в более созидательное русло для продвижения на духовном пути. Однако сделать это непросто.

Также, я думаю, нам нужно помнить о тибетцах и индийцах, которые, например, проявляют расположение к людям своего пола на физическом уровне без сексуального подтекста. Благодаря тому, что монахи и монахини часто держат друга за руку во время прогулок, этот вид физического контакта помогает им удовлетворить их потребность в физическом контакте и проявлении расположения. Полный целибат не подразумевает воздержания от какого бы то ни было физического контакта с другими или от выражения любви.

Вопрос: Когда мы решаем вступить с кем-то в сексуальный контакт, это само по себе создает карму. Что с точки зрения буддизма следует после принятия такого решения в цепи кармических событий? Каковы преимущества целомудрия?

Берзин: Если мы решаем заняться с кем-то сексом и затем действительно вступаем в половые отношения с этим человеком, мы устанавливаем с ним сильную взаимосвязь, которая будет продолжаться в следующих жизнях. Но тип связи и отношений, которые последуют, зависит от типа сексуальных отношений, которые у нас были с этим человеком, от нашей собственной мотивации и подходов, от мотивации и подходов нашего партнера и так далее. На это влияют многие факторы.

Если кто-то соблюдает целомудрие, одно это не означает, что он избегает всех видов кармических последствий, имеющих отношение к сексуальности. Кто-то может соблюдать целибат, но проводить очень много времени и тратить много энергии, размышляя о сексе с сильным желанием и привязанностью. Такой монах может думать о сексе с кем-то, но не выполнять само действие. Это не создает кармические последствия действия на уровне тела, но, тем не менее, создает кармические последствия действия на уровне ума. Все, в действительности, зависит от состояния ума – от уровня тревожащих эмоций и подходов, которые есть у человека, и его степени свободы от них.

Посвящение заслуг

Давайте закончим посвящением заслуг. Мы думаем, что любое понимание или прозрение, которое мы, возможно, получили, и любая позитивная сила, которая появилась в результате слушания этой лекции и ее обдумывания – пусть это увеличивается все больше и больше, чтобы мы смогли преодолеть наше неведение в отношении секса. Пусть мы сможем использовать здоровым образом любой уровень или вид сексуальности, который мы исследовали. Пусть мы сделаем это, не считая секс самой важной вещью в жизни, а просто одной из ее составляющих. Пусть мы преодолеем любую одержимость сексом, так чтобы мы смогли использовать наши потенциалы и таланты более полноценно и избежать ненужных проблем, чтобы мы смогли наилучшим образом помочь себе и другим. Спасибо.


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить