Добавляя раздражение к рассеянным мыслям, вы добавляете ещё один слой рассеянных мыслей в противостояние своим первоначальным рассеянным мыслям. В итоге вы растратите свои силы.

Шен Янь. Не-противостояние и растворение напряжений

Мастер Шен Янь

Чаньская традиция: история, теория, практика

Лекция 21 октября 1992 года в Университете Вашингтона.
Пер. с англ. Постоянного Озарения по "Ch'an Newsletter" №103, 09.1994.


Когда мы говорим о развитии чаня в Китае, нужно понимать трудность отделения особых чаньских представлений от вообще буддийских. На самом деле, невозможно достичь высшего в буддизме достижения без некоторого опыта или практики, эквивалентных тем, что представлены в чаньской традиции.

Буддизм делает упор на распознание и достижение мудрости. Без реальности этого достижения буддизм бы ничего не значил. Но зачем мы развиваем мудрость? Чтобы разрешить внутренние борения и страдания, и справляться с попадающимися нам проблемами. Поэтому цель буддизма – достичь мудрости, руководствуясь буддийскими представлениями и методами практики, подобными тем, что известны в чаньской традиции.

В Китай буддизм впервые принесли примерно во времена Иисуса. В этот ранний период как основной метод практики использовали созерцание дхьяны. Это система, помогающая успокоить ум и прийти к пониманию себя, чтобы проявилась мудрость. В передаче буддизма в Китай этот метод сыграл важную роль, представленный как способ, открывающий путь к мудрости.

Вы могли слышать, что чань-буддизм напоминает религию, но настоящей религией не является. На самом деле, чань – религия. Религии говорят о вере, и практику чань без веры осуществить невозможно. Обсуждение важности веры для чаньской практики смотрите в моей книге «Вера в ум» (Faith in Mind). Однако вера, о которой мы говорим в чаньской традиции, отличается от веры в других религиях, которые упирают на веру во сверхъестественных существ или богов, отличных от самого человека. Чань подчёркивает важность веры в учения Будды. Эти учения показывают, что у всех есть природа будды, и поэтому все могут достичь буддовости. Каждое человеческое существо, действительно верящее в учения Будды и следующее принципам и методам практики, может стать буддой.

В чаньской традиции есть много историй, как ученики спрашивают своих учителей: «Что Бодхидхарма принёс из Индии в Китай?» У всех мастеров ответы, казалось бы, разные, но их основная суть одна и та же: Бодхидхарма ничего не принёс в Китай, только себя самого. Он пришёл в Китай рассказать людям, что у каждого есть природа будды и каждый может достичь буддовости.

Когда ученик в одной из таких историй спросил, почему, мастер ответил: «Потому, что это уже было в Китае». Ученик продолжал: «Если это уже было в Китае, то зачем ему понадобилось приходить?» Мастер ответил: «Если бы он не пришёл, люди в Китае не знали бы, что природа будды есть в каждом чувствующем существе». Бодхидхарма принёс в Китай только себя, чтобы сообщить известие, что у каждого есть природа будды и каждому следует верить в это. Прежде, чем стать просветлённым, нужно верить, что обладаешь природой будды.

Шестой Патриарх, Хуэйнен, возможно, внёс в развитие чаня наибольший вклад. Его самое важное учение можно подытожить фразой: «Ни пребывания, ни мысли, ни формы». Нужно пережить состояние ума, к которому относятся эти слова, чтобы осознать в себе природу будды. Хотя мы говорим о природе будды, нет ничего конкретного, на что мы могли бы указать как природу будды. В этом суть пустотности – шуньяты. Когда Бодхидхарма пришёл в Китай, он упоминал нечто, называемое Татхагатагарбха, термин, означающий, что у всех есть природа будды.

В Сутре Помоста [Шестого Патриарха] учение «Ни пребывания, ни мысли, ни формы» согласовано с сущностным учением Алмазной Сутры – пустотностью. Мы не должны принимать природу будды за что-то конкретное или неизменное, поскольку иначе чань был бы неотличим от формальной религии, делающей упор на что-то внешнее, монолитное и неизменное. Это неверно.

Ученик Хуэйнена в четвёртом поколении, Мастер Чжаочжоу услышал от своего ученика вопрос: «Если у всех чувствующих существ предполагается природа будды, то как насчёт собак?» Мастер ответил: «Нет». На поверхности кажется, что этот ответ противоречит учению Будды. Но нам надо понимать, что природа будды – не что-то конкретное или неизменное. Такой вид диалога, который кажется парадоксальным, противоречивым или бессмысленным, стал методом практики, под названием гунъань или хуатоу (яп. коан или вато).

В чань-буддизме есть четыре ключевые концепции: вера, понимание, практика и осуществление. Вера относится к области религии, понимание философское, практика – это вера, приложенная к действию, а осуществление – это просветление. Всё это, собранное вместе, создаёт ту дверь, в которую входят, чтобы обрести мудрость. В общем, без веры трудно понимать; без понимания вы не можете практиковать; а без практики невозможно просветление.

В основном, нужна вера, что у всех существ есть природа будды, и понимание, что природа будды – это не что-то неизменное и не какая-то сущность. Когда мы начинаем практику и не приняли по-настоящему существование природы будды, нам нужно поверить в её наличие. Иначе мы не будем восприимчивы к учениям или не сумеем их применить. Но, когда мы приняли существование природы будды, важно не думать о ней как стабильной или конкретной. Если мы цепляемся за представление о природе будды как по сути неизменной, то будем думать, что в нас есть истинное я. Мы будем удерживать это я, истинное оно или ложное. Мы будем ограничены этой идеей себя и привязаны к ней, и никогда не достигнем освобождения. Сначала нужно принять существование природы будды, а потом полностью отбросить его, поскольку нет такой вещи. Таким путём можно по-настоящему испытать движение от существования к несуществованию.

Мы знаем, что чаньская практика включает медитацию, и что это может быть неудобный процесс, особенно из-за физической боли. Вот почему несколько ранних чаньских мастеров не побуждали к сидячей медитации. И в старых рукописях и документах мы не находим свидетельств, что Шестой Патриарх сидел в медитациях, до или после своего просветления.

Первые два поколения мастеров после Шестого Патриарха тоже учили не придавать медитации чрезмерной важности, как видно по знаменитой истории о Мацзу и его учителе Наньюэ. Однажды, когда Мацзу сидел в медитации, Наньюэ использовал очень искусный метод, чтобы указать на её слабое место. Он спросил Мацзу:

– Что ты делаешь?

Мацзу ответил:

– Медитирую.

Наньюэ спросил:

– Зачем?

На это Мацзу ответил:

– Чтобы достичь буддовости.

Наньюэ ничего не сказал, а взял кирпич и стал точить его. Мацзу спросил его:

– Зачем ты это делаешь?

Наньюэ сказал:

– Я делаю зеркало.

Мацзу подумал и спросил:

– Это как же кирпич может стать зеркалом?

Наньюэ ответил:

– Если невозможно отполировать кирпич и превратить в зеркало, то как ты можешь стать буддой путём медитации?

Этот диалог и сейчас остаётся популярным учением, и это одно из моих любимых хуатоу. Итак, нет необходимости медитировать, чтобы достичь буддовости или пробуждения.

Я преподаю медитацию более десятка лет, и встречал немало очень умных людей, которые хотят использовать древний способ практики, как у Шестого Патриарха и Наньюэ. Они не хотят сидеть в медитации, или не хотят, чтобы медитация отнимала слишком много времени или причиняла боль. Этим людям я говорю, что древних чаньских мастеров сейчас нет. Современные чаньские мастера требуют практиковать медитацию.

До Шестого Патриарха – Третий, Четвёртый и Пятый Патриархи все подчёркивали важность практики медитации. Только Шестой Патриарх и его последователи не соглашались с этой идеей. Мы знаем из древних записей, что в монастыре Байчжана, ученика Мацзу, шла постоянная медитация. Можно сказать, что просветление приходит не только из медитации, но медитация, тем не менее, это необходимый шаг к освобождению. Руководствоваться чаньскими представлениями тоже важно, в сочетании с медитативной практикой. Под руководством хорошего учителя, с крепкой практикой и чаньским учением, просветление недалеко.

Только с помощью метода медитации мы можем успокоить ум. Достигнув этого, мы можем ослабить свои субъективные и эгоистичные привычки, что причиняют столько волнений. Когда ум успокоен до тихого или объединённого состояния, тогда можно увидеть, что такое я.

В основном, есть две главные чаньские школы: Линьцзи, где используют методы гунъаня и хуатоу, и Цаодун, использующий метод безмолвного озарения. Применение методов любой из этих школ может привести к просветлению, но, какой бы вы ни применяли, подготовка к ним похожа. Прежде всего, нужна способность расслабить и тело, и ум, а затем привести себя в сосредоточенное, собранное состояние. Только с этой точки возможно использовать методы гунъаня и хуатоу или безмолвного озарения. Процесс медитации долог. Это не то, что можно совершить прочтением нескольких фраз. Это делается во длительной, устойчивой практике.


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить